– Отвезу туда, куда скажешь, и спрячу, где покажешь. Только не останавливайся.
57
– Мне тяжело…
– Не останавливайся! Скоро я понесу тебя – скоро я смогу, а сейчас…
Дым заволакивает все вокруг, наползая на нас с чахлыми сквозняками. Бойцы открыли огонь…
только далеко. Бросаю ее руку, оборачиваюсь.
Они стреляют – точно… только выстрелы глухие, отдаленные. Черт… Замки! Замки открыты! Я
оставил замки открытыми! Я выпустил – подопытных. Теперь они, зараженные неизвестно какой
дрянью, выползли из изолированных отсеков, вылезли изо всех щелей.
Страх поднялся из дыма с хромо тащащимся за мной и тянущим ко мне руки человеком.
Смутный силуэт с удушливыми хрипами колышется в дымной мгле… в тишине, в моей холодной
руке, щелкает затвор.
Пуля просвистела, прорываясь через глушитель, девушка глухо закричала через респиратор.
Облаченный в белую рубашку человек рухнул в темноту. Направил хилый свет в его сторону. Над
ним сошлась вода, стянулся дым – он, не четко очерченный, скрылся… исчез, как призрак.
Девушка, задыхающаяся от страха, закрыла руками лицо, стараясь стянуть респиратор. Оторвал от
лица, от маски, ее руки, крича сорванным голосом.
– Не трогай!
– Он душит меня!
– Страх душит! Дыши спокойнее!
Зараженные нам на руку – они задержат настигающий нас спецназ. Спрыгнул в воду, стаскивая и
ее. Понесся в тоннель, таща ее следом, – снова сопротивляющуюся каждому моему действию,
каждой моей попытке успокоить. Подхватил ее, упирающуюся, на руки…
– Ты стрелял в него! Ты его!..
– Пристрелил! Он заражен! Он распространитель неизвестной заразы!
– Ты его!..
– Я не имею права позволить им уйти! Ни одному из них!
– Что ты сделаешь со мной?!
– Я сказал! Я стараюсь освободить тебя!
– Что тебе от меня нужно?!
– Сказал! Просто стараюсь освободить тебя!
– Ты передашь меня другим – таким же?! И они – будут так же мучить меня?!
– Нет! Просто я могу помочь тебе – и помогаю!
– Ты обманешь меня!
– Нет! Я докажу! Только обожди!
– Я не верю тебе! Убей меня! Не обрекай меня на мученья! Я больше не могу! Убей, как того!
– Нет! Я пришел помочь тебе!
– Почему мне?! Почему мне одной?!
– Потому, что у меня не хватит сил и целительной заразы на всех зараженных! Хватит только на
тебя – на тебя одну!
– Почему я?!
– Потому, что я хочу тебя! Замолчи – дыхание потеряешь!
Девушка замолкла в изумлении, вытеснившим на время, раздирающий ее, ужас. Едкий дым чуть
рассеялся, и я увидел его. Человек в штатском – военный в штатском. Я узнал его. Он преграждает
мне путь. И я знаю, что он – не один… просто других в дыму еще не видно. Они еще далеко,
только я, не долго думая…
Дуплетом в грудь – одна входная, две выходных… и броня к черту. Он падает в воду. Толкаю в
воду девушку, открываю огонь.
Пистолет вернулся в исходное. Пустая обойма выпала в воду. Я вставил другую и… Черт… Рука
потянулась за спину, за автоматом. К черту тишину!
Перехватил автомат, передернул затвор. Пуля саданула мое плечо. Прижал закостенелым пальцем
спусковой крючок, короткая очередь разлетелась в низком коридоре рикошетом и раскатилась
искореженным рокотом. Это еще не конец! Эх, не конец! Прыгнул в воду, ища ее, но нашарил
только труп военного. Черт… Где она?! Вцепился в ее мокрую рубашку и поволок за собой.
58
Глава 24
Кровотечение несильное – хорошо, я не собирался им кровавого следа оставлять и кровь на
анализ им сдавать тоже не намеревался. Встал у стены, перевести дух. Сдернул с девушки
респиратор, стянул с себя маску. Она посмотрела на меня расширенными глазами, и отвела взгляд в
сторону… опустила, слезящиеся глаза в пол.
– Продрогла? У тебя зуб на зуб не попадает.
Она отрицательно покачала головой, отстраняясь от меня, стягивая к груди руки, складывая
ладони. Осторожно охватил ее хрупкие плечи. Она прижалась к стене, сжалась, поднеся руки к
лицу, словно прячась от меня.
– Просто разотру.
– Нет…
Через стиснутые стучащие зубы у нее не получилось сказать что-то понятное, и она замолкла.
Дрожит у меня в руках, как осиновый лист.
– Совсем недалеко осталось. Снимай одежду.
Она отпрянула от меня, но я удержал ее.
– Нет… Не трогай меня…
– Ты мокрая, а еще идти. Снимай – я выжму. Живей!
Она отвернулась, стянула рубашку, робко протянула мне. С ее распущенных волос стекает вода –
они распались на тонкие пряди, и ее спина, считай, открыта.
– Не смотри…
– Скажешь еще… не смотреть.
Крепко обнял девушку, невзирая на ее слабые протесты.
– Не трогай…
– Да начни ты соображать, наконец. Кончились мученья. Ясно? Теперь ты со мной. Я тебя теперь
буду оберегать… пылинки с тебя сдувать буду.
Она отвернулась, тихо всхлипнула и выскользнула у меня из рук. Подхватил ее еще до того, как
она упала на пол.
– Ты что? Что с тобой?
Она так и не пришла в себя, когда я потащил ее наверх, – безвольно поникшую в моих объятьях,
уронившую руки, запрокинувшую голову.
Глава 25
Приволок ее в подземный ход и осторожно опустил на землю – передохнуть пора. Сердце еще
