только до города добраться – дальше он все сделает, он тебя вытащит. Сообщишь ему, что Отто
Вебер тебя послал и передал, что в деле – второй вариант отхода. Ясно? Он тебе документы
выправит, как литовке или латвийке, и в Осло переправит.
– В Норвегию?
– Нет меня – нет и другого варианта. Из Осло тихонько в Тронхайм переберешься. Остановишься
на время в городе – в квартире Улафа Гундарсона, в моей квартире. Только молчи про меня. И про
квартиру молчи. Не знает никто ничего.
– О господи! Мне не верится… Я не могу поверить…
– Сражайся за жизнь – о вере после схватки подумаешь. Останешься в Тронхайме – дождешься
меня, я вернусь и все решу. И главное, – никому обо мне не говори. Запомни – ничего не говори.
– Кто такой Отто Вебер? Он твой друг, твой доверенный?
– Я – Вебер. Я, Агнешка.
– О господи…
– Я перед тобой открыт, Агнешка. Теперь каждый твой удар будет для меня пулей в грудь, а
каждая твоя ошибка – ножом в спину.
– Господи… Зачем? Зачем ты делаешь все это? Зачем все это говоришь?
– Сказал же – стараюсь тебя спасти!
Я подождал, еще надеясь, что она передумает отправлять меня нарываться с врачами. Право же,
что ей Войцех? Только не похоже, что она передумает. Черт…
– Держи деньги Мсцишевского. Надо будет – не скупись, откупайся. И еще… Помни о крысе,
Агнешка. Главное, – крыса.
Агнешка откинула с плеча волосы, и передо мной предстал настороженный зверек.
– Крыса у меня, Вольф…
– Держи ее в коробке!
– Что ты, в коробке плохо сидеть – я знаю… Она привыкла ко мне. Она не убежит… она меня
любит.
– Держи в коробке! С глаз долой! Скрывай и храни в тайне!
– Вольф, что такое? Что ты так из-за крысы?
Она ласково потрепала зверька по костлявому загривку, провела рукой по голому хвосту. Хотел
бы я поменяться с этой крысой местами. Только мне, видно, суждено не в ее волосах купаться, а в
коробке у немцев томиться. Черт… Посмотрел на руку Агнешки – она помечена кодом
подопытного, как эта крыса. Товарищи по несчастью. Нашли друг друга. Ничего, станут они еще у
меня счастливыми. И я – стану.
– Агнешка, крыса эта заражена вирусом-целителем, уничтожающим другие вирусы. И возможно
– не просто заражена. Не знаю точно, но возможно – ДНК этого зверя изменен. И измененный код
этого зверя способствует перестройке одного вируса в другой – в целительный. Я думаю, что
изменения происходят именно в этом звере. Тебе ясно? Зверь – бесценен для государства, для всех.
Береги его. И держи в тайне.
Девушка задумалась и вдруг вскинула голову.
– Это лечение? От всего?
– Только от вирусов – зато от всех вирусов, Агнешка.
– О боже… В моих руках…
86
– Биологическое оружие. Еще не изученное оружие, Агнешка, – еще только изучаемое. Ты
заражена этим вирусом, избавившим тебя от другой заразы. Я сделал это – у меня не было выбора.
Только еще никто не знает отдаленных последствий такого заражения. Молчи о том, что заражена.
И не подвергай заражению других. Это поставит под угрозу…
– Я опасна?
– Не знаю. Поэтому – никто не должен знать.
– Вольф, это же…
– Этот вирус передается через кровь – знай об этом, и не заражай других. Простые анализы его не
определяют – никто не узнает. Перевези крысу в Тронхайм – позже я приеду и решу, что с ней
делать дальше. Ясно?
– Ты продаешь оружие? Такое оружие?
– Я не наемник и ничего не продаю – ни себя, ни свое оружие, ни чужое! Береги крысу – при
нужде мы обменяем ее на наши жизни! А пока – просто молчи! Ясно?! Слова стоят нам жизни!
Ясно?!
– Да… Я поняла…
– Знал, что ты умна, – иначе бы тебя не выбрал. А теперь тебе прятаться пора. Скоро они с
проверкой приедут.
Я развернулся резко, пошел на выход. Агнешка догнала меня, с опаской коснулась моего плеча и
зашептала тихо…
– Ты же наш шпион, я права?
– Нет, не права. Время выходит. Тебе пора к Крюгеру спуститься, а мне – пуститься в путь.
Она подошла… Она совсем рядом… Ее рука у меня на груди, глаза устремлены к моим… и ее
тихий шепот…
– Подожди… Постой… Ты на меня?..
– Да, обижен. Ты меня глубоко оскорбила. Только не время для объяснений.
– Ты тогда на меня набросился, и я… Я боялась и… Я думала, что ты просто… просто
преступник.
– Нет, не просто! Не хотел я с тобой так поступать. Хотел тебя, но так с тобой поступать не хотел.
– Я прощу… И ты прости меня… Я не хотела тебя унижать… Я не знала…
– Не надо! Не время!
– Я прошу… Очистим души прощением…
Она прильнула к моей груди, что-то шепча и…
– Не время!
Она резко осеклась. Просто, я скинул одежду, примеряя строгий костюм седого поляка, –
подходит.
Агнешка не уходит, упрямо смотрит меня в лицо.
– Теперь я думаю, о тебе не так.
– Давай косметику, которую я тебе притащил. Не тяни время! У меня лицо разбито, как у
разбойника с большой дороги! Не могу я в таком виде в общество врачей войти!
– А в каком виде ты войдешь в общество?
Показал ей удостоверение нового мертвеца.
– Ступай к Крюгеру, Агнешка.
– Ты же вернешься, Вольф?
– Постараюсь вернуться.
Агнешка смотрит на меня растеряно… скорее, потеряно смотрит.
– Вольф…
