— Раза два, наверное… и то в основном из-за того, что господин Советник вовсю храпел, причём так, что стены тряслись, — недовольно проговорила Ника, смотря мне в глаза. — И ладно бы просто храпел, так ещё и просыпаться не хотел, сквозь сон отвечая, что он не храпит! Лежит, храпит и ещё пытается убедить в обратном ту, которая из-за этого страдает!
— Просто я слишком устал, — глупо улыбнулся, почесав затылок. — Я почаще просыпался на самом деле. Мертвецы бродили под окнами, их устраняли. Но вроде со всеми покончено, а значит, нужно заниматься делами административными.
И это было как раз то, чего мне не хотелось вообще. Я в этом мало что понимал… но именно меня назначили руководить городом. Так что… придётся руководить. Но сперва нужно начать с писем… а перед письмами сытный завтрак, чтобы сил хватило на весь день.
Спустившись вниз, мы послушали работниц, которые обсуждали происходящее за последние несколько дней. По сути, ничего не произошло. Несколько раненых в разных частях города, пара умерших… и сотни найдены живыми, что не могло не радовать. Но при этом становилось понятно, что у Ники работы на сегодня непочатый край. Да и у меня, если честно, тоже.
Найдя одного из членов банды, попросил его сопроводить меня туда, где я смогу оформить бумаги, закрепить печатью. Тот думал достаточно долго, перебирая вслух варианты, но в итоге мы направились в какую-то подворотню, где зашли в непримечательное здание. Полумрака не было, но неприятные ощущения оно вызывало. Сложно даже сказать, что именно мне не нравилось, но что-то было.
— Это ваше убежище? — уточнил я.
— Это убежище банды, которой больше не существует, — скупо проговорил боец. — Все её бойцы погибли при отражении первого нападения. Они вышли в поля, где их разгромили. Попытались строить из себя настоящих военных. Не вышло. Теперь удобряют землю обезглавленные.
Я покачал головой, но ничего говорить на этот счёт не стал. Банды объединились вынужденно, у них полностью разрушился мир, они не совсем любили друг друга… и это показывалось вот в таком отношении к соперникам. Удивлён ли я? Скорее нет, чем да. С большей вероятностью это можно назвать банальным раздражением.
— Можешь идти, — грубым голосом приказал я ему.
Боец ушёл как-то вразвалочку. Издевался, понимая, что я его не трону, так как это не в моих интересах. Я только завоевал уважение… но вот такие идиоты подрывали мою веру в них. Мог убить на месте на самом деле… и мне бы никто и ничего не сделал. Да, пришлось бы общаться, объяснять причины… и вот именно этого я не хотел.
Сев за стол, я достал пергамент и начал на нём писать своё распоряжение. Не знал, нужны ли какие-то особые словосочетания, какие-то нюансы… но я писал так, как чувствовал. И только на одну бумагу ушло больше часа. Никогда не думал, что придётся столько писать. И это не доклад царю о том, что тут произошло, а лишь требование направить сюда рабочих для восстановления города.
— Теперь я понимаю, почему все служащие такие злые… — потряс я рукой, после чего достал новый пергамент, начав ваять уже на нём доклад.
Вот он у меня занял куда больше времени, часа три, не меньше. Пришлось указывать вообще всё, что только можно было указать. От момента отбытия из Мессены до этого самого момента. За исключением нюансов типа Убежища. Даже таким, как он, лучше не знать о его существовании. Доверие доверием, но личная безопасность на первом месте.
Встав из-за стола, я направился на улицу. Гелиос уже перевалил зенит, так что время обеда началось. Но смогу отобедать только после того, как отправлю документы адресатам. Но то, что я видел на улицах… меня радовало. Все главные улицы были очищены. Да, в проулках было видно, что работы предстоит много. Но город оживал, на улицах появлялось всё больше и больше людей.
— Мне требуются два гонца, — ворвался я все в то же заведение у порта, которое решили так и назвать — «У порта». — Причём срочно. Один — к царю, другой — в Спарту.
— А не многого хочешь? — нахмурился один из лидеров, которого я ранее вообще не видел, так как он предпочёл сражаться вместе с бойцами. — Появился из ниоткуда, показал себя мастером войны, а сейчас думает, что имеет полное право руководить нами?
— Родос, — положил ему на плечо руку старик, старший из них. — Поверь, этот юноша не просто пытался показать, что он умеет что-то. Он действительно воевал и рисковал своей жизнью. Он и его команда сделали столько всего, чего не смогли бы обычные люди. Умерь свой пыл. Мы понимаем, что им не удалось спасти твою семью. Сегодня многие хапнули горя. Не только ты.
— Но своих людей я ему не дам, — твёрдо сказал этот упырь.
Развернувшись на пятках, он направился на выход… и обязательно ему нужно было меня толкнуть. Не знаю, что это за обострение такое, но я не стал на этот раз терпеть. Схватил его руку, дёрнул на себя, после чего бросил через плечо. А потом лишь небольшое движение кистью… его кистью. И вот он лежит и кричит от боли.
