— Сказал же, прекращай, — повторил Дима уже более жестким тоном. — Ну, так и в чем проблема? Пригласи ее куда-нибудь, приведи к нам, познакомь. А мы уже вобьем ей в голову, что лучше тебя никого не найти.
— А чё? Можно! — казалось, до Гвеллина только сейчас дошло, что ему ничто не мешает пригласить понравившуюся девушку на свидание. Он даже облегченно вздохнул, как будто только что решил непосильную для себя задачу.
— М-м-м-м! Мне кажется, для знакомства с нами пока еще рановато, — сказала Алиса. — Сначала ее нужно морально подготовить.
— К чему? — удивился Дима. — Мы же не звери какие-то, такие же обычные люди, студенты.
— И поэтому ты, когда попал к нам в первый раз, на следующий день решил удрать, — заметила Безумная. — И это тогда еще Кати с ее пошлыми шутками не было. Представляешь, какой удар по психике бедной девушки будет?
Гном заерзал на стуле.
— Тут малость другая проблема нарисовывается, — сообщил он. — Я, когда с ней общался, с кольцом на пальце был…
— И что?
— А то, что облик у меня был другой. Человеческий.
— Опаньки! — Алиса прищурилась. — То есть о том, что ты гном, она ни слухом, ни духом?
— Вообще.
— Да, не свезло. Боюсь, тот факт, что ты представитель расы боевых шахтеров с ростом от горшка два вершка, не сильно заставит ее сердце сжиматься от сладкой любви.
— Я думал, пока ей не говорить, — Гвеллин сжал кулак. — Типа, сначала пообщаемся, туда-сюда. А уже потом… Человека ведь любят не за внешность, правда же?
— Да, только ты не человек, и внешность у тебя — не дай Бог в темном переулке встретить.
— Блин, вот спасибо, что поддержала!
— Я же циник, и предпочитаю говорить хоть и горькую, но правду. Так сказать, занимаюсь массовым истреблением розовых очков на глазах некоторых не знающих законов жизни индивидуумов. Гвеллин, ты гном, а она — человек. Ты ругаешься матом, и бухаешь, как черт, и это делает тебя не самым лучшим претендентом на роль второй половинки. Ну, признаешься ты ей, ну скажет она, что в тебе самое главное — душа. А что дальше? Будешь всю жизнь рядом с ней под защитой кольца-артефакта прятаться? Или увезешь к себе в поселение, чтобы она среди других гномов окончательно свихнулась? И потом, есть еще один, немаловажный факт — у вас не будет будущего, потому что брак между гномом и человеческой девушкой не принесет потомства. Так и будете мучиться, пока не разойдетесь навсегда. Ну, и зачем тогда вообще начинать? Ищи себе гноминю покрасивее, или лучше всю жизнь будь один. Другого варианта тебе не светит.
Разложив, таким образом, обстоятельно все по полочкам, Алиса подхватила свою сумку, и удалилась в комнату девушек. Гном сидел, мрачно зыркая перед собой, и переваривая услышанное. Диме было настолько его жаль, что он твердо решил не признавать правоту слов Безумной.
— Эй, друг, не кисни. Подумаешь, гном! Девушки и с карликами живут, и с уродцами, и ничего. А ты у нас — орел!
— Карлики и уродцы тоже люди, — пробурчал Гвеллин. — И они только в книгах Толкиена не встречаются.
— Ну, и что? — упрямо повторил Дима. — Сам же сказал, что любят за душу, а не за внешность.
— Душа у меня тоже поганая, — гном махнул рукой. — Правильно Алиса подметила — пьяница, драчун и хулиган. То напиваюсь до синьки, то кому-нибудь топором головы рубаю. А она — сразу видно, чистая и светлая! Да не, дурная это затея, зря только себя накручиваю.
— Ничего не дурная, — видя, что Гвеллин собирается уйти, Дима успел схватить его за рукав. — Слушай, давай так — делаем все, как ты сказал, в смысле, вы встречаетесь, но про гномью сущность пока ей ничего не говоришь. А там ты ей признаешься, и если ничего из этого не выйдет, то можешь мне опять стрелу из арбалета в спину всадить, как на первом курсе.
— Лучше я тебе ногу отрублю… Думаешь, прокатит?
— Я уверен. И, поверь мне, знаю, что говорю. Алису все парни нашей Академии считают шизанутой, но я же с ней поладил. И у этой… как там ее… Али с тобой тоже получится.
— Может, у Катюхи лучше спросить? Она вроде как спец по таким делам.
— Вот когда дойдете до того момента, когда придется одну постель делить, тогда и спросишь, — отмахнулся Дима. — А пока лучше не нагнетать. Веди себя, как обычно, только ничего лишнего ей не рассказывай. Да, и базарный свой жаргон тоже фильтруй, хоть немного. Девушки любят ушами, а когда ты всех, кто не улыбается тебе в ответ, называешь унылыми мудаками, то тут любая развернется и уйдет.
— Постараюсь, — отозвался Гвеллин. — Я, кстати, обещал ей вечером зайти. Выслушать благодарность от ее брательника, если он оклемается.
— Вот! Молодец, уже сечешь фишку, — Дима хлопнул его по плечу. — Не парься, братан… в смысле, не волнуйся, друг. Поможем, чем сможем, оглянуться не успеешь, как уже счастливы будете.
— Посмотрим.
Слова приятеля заметно приободрили Гвеллина. Хотя в тот момент он даже не подозревал, во что выльется обещанная "помощь". Наверное, потому что забыл, с кем дружит, и почему группу "БМ-17-3" считают самой безбашенной во всей Боевой Академии. И даже далеко за ее пределами.
******************
