Заноза приблизилась к экрану и стала говорить тише, давая понять, что информация секретная.
– С сегодняшнего дня к вам будут поступать очень подробные разведданные с фронтов. Единственная просьба, постарайтесь убивать как можно меньше людей, такую возможность я вам предоставлю. Мои данные позволят вам брать очень много пленных, я очень надеюсь, что вы воспользуетесь этой возможностью.
У Панака не дрогнул ни один мускул, но кажется он забыл дышать. Наконец он пришел в себя и часто задышал. Схватился за сердце и стал заваливаться. Заноза внимательно следила за ним, но пока ничего не предпринимала, она знала, что этот раз он выживет, коммуникатор давал ей намного больше информации, чем они думали. Хоть и снимался с руки сразу после переговоров, и охранялся в стеклянном ящике, опечатанном под роспись.
Этот раз был просто небольшой приступ, вполне ожидаемый, если учитывать его здоровье. Но Заноза всё-таки дала поручение ускорить изготовление медкапсулы и синтезировать нужные лекарства для картриджей.
Панаку разрешили вставать только через неделю, и он немедленно связался с Занозой. Увидев её на проекции, он развел руками.
– Молодая леди, вы убиваете старика своими неожиданными подарками. Правда, и я слишком размечтался, ещё даже не видя настолько ли детальны и обширны ваши разведданные. Просто подумал, если уж настолько детально вы следите за нами…
Заноза улыбнулась и пожала плечами.
– Не пугайтесь, сейчас за вами придут. Предупредите охрану, если они не хотят уснуть на посту, пусть не противятся. Мы вас сейчас немного подлечим.
Панак нахмурился, но немедленно подозвал к себе солдата, охраняющего его палату. Через минуту он отдавал распоряжение начальнику охраны. Тот даже не пытался спорить, лишь сжал скулы показывая, как ему всё это не нравится, а потом его отстранили и в комнате возникли двое военных в незнакомой форме, закрывающей лицо полупрозрачным щитком. Охранник на рефлексах выхватил оружие, но быстро убрал его обратно, к тому же на него даже не обратили внимание. Выглянул в коридор и увидел лежащих вповалку солдат и врачей.
Он всё-таки не успел их предупредить, слишком уж необычными и подозрительными были слова генерала, чтобы вот так, без дополнительной информации поверить, только что вернувшемуся в сознание человеку. Опытный глаз определил сразу, что лежащим в коридоре ничего не угрожает и он стал внимательно следить за пришельцами.
Эти двое подхватили кровать генерала Сидорка и аккуратно вынесли его в большой зал, где уже стояла стеклянная коробка с множеством пугающего вида инструментов внутри. Он безучастно относился к этому действию прекрасно понимая, что и предпринять ничего не сможет. Лишь крепче держался за края кровати и пытался увидеть куда его несут. Генерала положили внутрь, не обращая внимания, что зацепили часть простыни и она куском лежала в его ногах. Крышка захлопнулась и внутри что-то зажужжало. Сидорок потерял сознание и материал его пижамы, а заодно и простынь, начали просто расползаться, растворяясь в каком-то растворе заполнившим капсулу. Инструменты пришли в движение обследуя тело старого контрразведчика. Охранник кинулся к стойке, за которой сопела медсестра и, схватив листы бумаги и карандаш, стал писать и даже зарисовывать. Он должен будет потом всё это объяснить, других вариантов у него не осталось. Хорошо, что ему не запретили этого делать, иначе было бы совсем туго.
Так продолжалось больше шести часов, обслуживающий персонал и охрана уже давно пришли в себя и после небольшой паники заняли свои места стараясь не обращать внимание на замерших непонятных людей в холле военной больницы. Ширмы перегородили стеклянный ящик с матовым стеклом еще в момент, когда офицер охраны понял, что люди начинают просыпаться.
Наконец крышка откинулась, и генерал открыл глаза. Начал подниматься и накинул халат который ему подал одним из инопланетников. Те, не говоря ни слова подхватили ящик и выскочили за дверь, через мгновение ничего не говорило о их присутствии.
– Как вы себя чувствуете господин генерал?
Панак расправил плечи и улыбнулся.
– Давно я так себя не чувствовал молодой человек. Давайте пройдем в какой-нибудь кабинет, нужно писать рапорт о случившемся. И подготовьте самолёт, летим в столицу. Насколько я понимаю, работать можно и там, только сначала необходимо пройти медицинское обследование, местные эскулапы не потянут такой уровень. И еще, всем написать расписку о неразглашении. Самый высокий уровень, вплоть до расстрела. А вы теперь работаете на меня. Можете взять с собой своих людей, кого посчитаете нужным.
Старший охраны кивнул головой. Он и сам понимал с чем столкнулся, естественно ему это не нравилось.
