Неожиданно взвыли сирены корабля и на экране визуального контроля проявился контур большого крейсера. Камеры внешнего обзора его не видели, но система оповещения получила сигнатуру от внешнего источника и отображала корабль. Чужая сигнатура спровоцировала срабатывание сирены, и она резанула по ушам. Лишь затем стал появляться сам корабль мерцая растворяющимися маскирующими и силовыми экранами.
Лейтенант забегал пальцами по клавишам, и сирена заткнулась на полуслове. В рубку вбежали все пять человек экипажа.
– Кто это, Гопи?
– Не видишь, что ли? Патруль Союза Родов.
– Они что идиоты? Скоро тут будет кочевник.
– Не знаю, идиоты или нет, но они не торопятся. А кочевник тут будет даже раньше, чем мы думали, если им верить.
Команда переглянулись и стали рассаживаться в свободные кресла. По уставу, тут могли находиться только командир судна и пилот, но последние часы жизни они предпочли провести вместе. Тем более, что связисту, технику и второму пилоту заняться было нечем. Кораблем могли управлять двое. Они же занимали должности щитовика, бесполезного на рейдере, с этим справлялся ИскИн, и оружейника, что было не сложно и опять же, сейчас бесполезно. Всего пять турелей и плазменная пушка с целеуказателем на рабочем столе командира, но против кочевника это вообще не прокатит, даже выстрелить им не дадут.
– Лейтенант, глуши свой маршевый. Если взорвешься меня забрызгает твоими потрохами.
Гопи улыбнулся и дал команду заглушить факел.
– А ты случайно не можешь принять нас на палубу и свалить отсюда, сверкая пятками?
– Сверкать мы умеем, но сначала посмотрим, что там за кочевник такой.
Лейтенант аж подпрыгнул на месте.
– Ты спятил? Малый линкор дальней разведки, между прочим, десятого поколения, не продержался против него и часа. Они обычно не ломают трофеи и продвигаются медленно, только поэтому нам дали три дня, раньше не должны пробиться до рубки. По окончанию этого срока мы всё ещё получали сигнал маяка, поэтому уверены, что наши не смогли взорвать себя.
Голос зазвучал не сразу.
– Много их было?
– Пять тысяч шестьсот тридцать два человека, не считая нас. Незавидная судьба быть разобранным на запчасти. Когда до нас доберутся мы себя подорвем. У нас больше на это шансов. Тянуть не будем, так что держитесь подальше, а лучше делайте ноги. Хотя, наверно не успеете, с нами они долго не задержатся.
Неожиданно на оперативный монитор стали поступать данные с крейсера в обход системы безопасности рейдера. Было ощущение, что систему просто проломили и она сдалась без боя. В любом случае, теперь все протоколы подчинялись Союзникам. Информация с чужого корабля звучала через динамики рейдера как-то слишком буднично. Дежурный оператор связи был спокоен.
– Внимание, в системе зарегистрированы многочисленные гиперпроколы. Корабль движется малыми прыжками. Нас заметили по открытому каналу связи, отрабатывается маневр торможения.
В канале прозвучал такой-же спокойный голос видимо дежурного офицера управления.
– Включить щиты по вектору возможной атаки.
Гопи лишь пожал плечами на такую бестактность. Взломали и взломали. В конце концов сам виноват. Они использовали коды допуска по умолчанию, нужно было менять их, когда получил корабль. Тогда подумали: «а зачем»? Кому могло бы понадобиться взламывать доступ к оперативному экрану небольшого рейдера, приписанного к зубастому линкору. Тем более это нужно делать дроидом на их поверхности. Интересно сколько ещё оборудования светится дырами в его системе. В следующей жизни нужно к этому относиться серьезнее.
– Тебя хоть как зовут? А то хотел спросить зачем ты на нашу волну свою оперативную информацию сбрасываешь и не знаю как обратиться. Неужто решили дать бой?
– Факу меня зовут. Не отвлекай. Зайди за наши щиты и не отсвечивай. Твой сектор я обозначил.
Пилот рейдера быстро среагировал и занял оборону спрятавшись за щиты крейсера.
– Гопи, у них щиты не продавливаются. Я как бы случайно задел, меня как от мячика отбросило. Наши эмиттеры сразу просели.
– А зачем задевал? Нам лишние пять минут дали, а он фигней страдает.
– Зачем-зачем. Должен же я знать, за что я спрятался, и спрятался ли вообще.
– Наш сектор выведи на мой экран.
– Да какой это сектор. Хвост им прикрываем, наверно, если обходить будут.
– Обходить? Они что действительно рассчитывают удержать залп и их начнут обходить?
– Дай им схему обычного боя с кочевником. Не будет никаких маневров. Сначала продавят щиты и снесут маршевые, а потом завалят тупыми биодроидами абордажниками.
Пилот забегал пальцами по экрану собирая и отправляя данные.
– Эй, на рейдере, спасибо. Меняем схему. Отходите чуть дальше и старайтесь не попасть под наш факел. Мне вас отслеживать некогда, не крутитесь там. Четко придерживайтесь моего хвоста.
– Принято. Выполняем маневр.
– Командир, смотри.
