Разборка реактора шла полным ходом, и уже запенивались агрессивные рабочие пространства. Сплав, преобразующий температуру в электричество, почти не прогорел, так что износ подтверждался во вполне приемлемые шестьдесят семь процентов. На оставшихся тридцати трёх можно работать ещё годами. Техник не особо приспособлен таскать тяжести, но с переносом реактора справится за пару дней, где волоком, на листе пластика или специально сделанной тележке, вернее колёсиков, закрепленных на самой железяке, где перетаскиванием за край, почти шагающий реактор получится, но справится. Сборка ещё полдня и можно будет делать освещение, Карату уже не боялась света, с учётом затемнённого забрала скафа, конечно. Контактная группа вообще мелочь, которая не отнимает много времени. Нужно вообще делать её дистанционной, надоело следить за зарядкой. Оказывается были очень хорошие технологии, нужно только вовремя отслеживать и делать сразу по уму.
Он сбросил пакет Мальке и заодно подготовил пакет Карату. Она тоже должна знать, что происходит, и про реактор, и про назначения.
Малька, как всегда молча поставила отметку о прочтении, а Карату даже и этого не сделала, просто в очереди заявок к Мальке, появились две плазменные турели плечевой сборки. Вот ведь, а сам даже не подумал, хотя обсуждали, что будут делать при встрече с боевыми системами прежних хозяев. Хотя как он мог подумать, им вообще к таким вещам доступ дали только из-за их автономности.
Потом оказалось, что это далеко не все меры, принятые Карату, и теперь возле Марису всегда крутился один из разведчиков. Шустрое создание умеющее парить в воздухе после прыжка. Он даже не сразу его заметил, лишь фонарик так вовремя высветивший пару острых обломков на дороге. Не то чтобы уж очень опасных, но неприятных. Так Карату ненавязчиво исполняла свои обязанности. Тем более, что выяснилось, им платили зарплату. Как взрослым. По меркам Союза совсем крохотную, но зато полный пансион по питанию и одежде присутствовал. Инженерный комплекс его конечно же не ждал, да и не нужен он ему был, а вот диагностический комплекс, больше похожий на инженерную лабораторию, двенадцатого поколения, между прочим, был. По меркам Содружества он один тянул на полмиллиона кредов. Им семь и девять лет соответственно, они около месяца в Союзе Родов, и то попали сюда тайком. Пусть Союз Родов уже воспринимался домом, но всё-таки, надо признать их очень хорошо приняли. Копаться в сети было особо некогда, но Марису предполагал, что приютские зря сбежали, когда узнали, что могут попасть в Союз Родов. Слухи о них были, мягко говоря, неверные. Обычные люди, не избалованные цивилизацией, но владеющие последними технологиями, что накладывало отпечаток. Например, Ариффы до сих пор ходили с парными мечами и голым торсом, а подгорцы всегда носили боевой топор наравне с бластерами. Пусть это были высокотехнологичные материалы, но топор и мечи… И ведь находились ситуации, когда они применялись.
Несмотря на дикость племен и их необычно большое разнообразие на сравнительно небольшой территории, они не ссорились. Сеть была полна эпизодами драк в барах, мощных и серьезных, но после всегда пили замировую и уходили в обнимку. Может Марису не всё видел, но первые впечатления именно такие. Наверно в Содружестве это слишком дикое поведение, но во фронтире, где они жили, и уж тем более среди приютских – это были нормальные отношения. Даже дружелюбнее, если касалось граждан Союза. Между собой грызни не было, в отличие от того же цивилизованного Содружества, например. Карату как-то невпопад, наверно угадав мысли Марису, заявила, что они удачно сходили на вонючку подзарядиться. Марису лишь кивнул головой тогда. Больше к этой теме не возвращались и считали за данность. Разве они не заслужили всем своим нелегким детством такой жизни?
– Карату, убирай тряпки и одевай эти чулки ему на лапы. Чем сильнее натянешь, тем лучше, дальше сами пристроятся. Там есть защита культей, она мягче, почти жидкая. Не будет мешать расти, отдельная мышца, регулируемая. Так что сделали насовсем, до выздоровления.
Сполотка завалила Тишку на бок и села на него сверху. Он попытался вырваться и зарычал, но получил мощную царапину на носу. Что-то ворча он успокоился и замер. Вытерпел все издевательства и успел-таки клацнуть зубами, когда Карату уже слезла. Она ловко увернулась и тут же присела расправить чулки по полу. Тишке очень не понравилось новое украшение, но проявлять характер при Карату он не стал. После её царапины нос чесался аж спасу нет. Приходилось ёрзать им по полу, а потом чихать. Так себе удовольствие.
– Всё, достаточно. Сейчас безопасники запросят соединение нового девайса с его интерфейсом и всё. Сам он не догадается. Бестолочь ещё. Но, кстати, уже на связь пытался выйти, мясо требовал.
Карату кивнула головой и улыбнулась.
– Мне тоже жаловался. Я думала он первые слова, мама скажет, а он сказал – мясо. Пошли фуражиров за мясом настоящим, он как-то отличает мясо из синтезатора, вымогатель.
