– Увидимся в аду! – кричу я, выхватывая левой рукой пистолет, и стреляю ему прямо в его жуткую морду. Снаряд входит в его левый глаз и попадает в мозг. Жидкость в голове мгновенно вскипает, и его голова разлетается на куски. В меня же летит очередь их крупнокалиберного пулемёта, разрывая моё многострадальное тело на куски. Падая на землю, слышу далекий гул взрывов, похоже, подкрепление орков добралось до раздевалки. Губы сами собой складываются в злую усмешку.
На этот раз агония длилась несколько меньше по времени, чем в прошлый раз. Видимо, большее время между смертями благотворно сказалось на моей душе.
В этот раз док был немного грустным, мне даже как-то стало сразу не по себе. Видеть вечно жизнерадостного Корнелиуса расстроенным было очень непривычно и тревожно. Быстро оглядел свое тело: вроде все было в порядке. Проснулся я в улучшенном образце, руки, ноги двигались, имплантаты работали хорошо, базы уже были загружены.
– Кори, ты чего такой смурной? – спросил я.
– Рэд, у меня для тебя плохие новости, – как-то подобравшись, сказал Корнелиус.
– Что случилось? – уже не на шутку встревожился я.
– Один из твоего отряда обнулился, – непонятно ответил он.
– Обнулился? Кто? – еще больше недоумевая, спросил я, наконец-то сев в своей капсуле.
– Понимаешь, душа – это очень тонкая и не до конца понятная нам материя. При частом воскрешении проявляется эффект, который мы назвали обнуление. У всех это происходит по-разному, некоторые обнуляются после сотни смертей, другие дотягивают и до двухсот. В определённый момент времени душа не выдерживает и сбрасывает накопившиеся знания и воспоминания, возвращаясь в исходное до воскрешения состояние, – довольно путанно объяснил он.
– То есть в определённый момент я могу проснуться тут, потеряв все свои воспоминания об этом мире, с той памятью, что была у меня в прошлый жизни? – уточнил я.
– Совершенно верно, это считается отправной точкой, базовой версией души. Во многом поэтому мы еще не выиграли эту войну. Наши лучшие воины в определённый момент превращаются в зелёных новобранцев, которым заново приходится учиться воевать, – печально сообщил он.
– Ответь мне честно: это мой первый раз тут? – напряженно спросил я.
– Первый, ты – вообще, особый случай, такие появляются очень редко, один на миллион. Но, думаю, и для тебя такой сценарий развития событий вполне возможен.
– Кто обнулился?
– Каландрам. Тебе уже подобрали другого штурмовика. Лучшего, что есть на данный момент, – сообщил док.
– Как остальные? – спросил я, вставая на ноги. Во всем теле чувствовалась необычная легкость.
– С ними все в порядке, но я бы посоветовал вам всем взять хотя бы два дня отпуска. Для восстановления душевного здоровья, считайте это распоряжением вашего лечащего врача. Необходимые заметки я уже внес в ваши карты, – сказал он и, заметив мое удивленное лицо, пояснил, – мы провели усиление твоего костного скелета и потом еще уплотнили мышцы. Кожа также стала более прочной, все это было сделано для увеличения твоей скорости. Мозг также подвергся изменениям для увеличения скорости реакций. Твоё тело сейчас – это вершина наших биотехнологий, дальнейшие улучшения мы будем достигать уже другими способами.
– Понятно. Значит, снова придётся привыкать к этому телу, – со вздохом сказал я. Стремление дока довести мои кондиции до совершенства, конечно, вызывали уважение, но порой немного раздражали.
– Кстати, от командующего базой пришла для тебя дополнительная благодарность за успешное выполнение последнего задания. Мне приказали установить тебе базу по Снайперской стрельбе 5 уровня. Её установка, займет около двух дней, – сообщил мне док, после чего я отметил начало установки новой базы.
– Значит, советуешь отдохнуть? – уточнил я.
– Я бы даже сказал, рекомендую. Как показали исследования, чем больше времени проходит между смертями, тем большее количество воскрешений может выдержать душа до обнуления.
– Хорошо, тогда так и сделаю. К тому же, мне тут одна красотка задолжала пару свиданий, – улыбнувшись, сказал я, направляясь к себе в раздевалку.
Конечно, жалко было Каландрама, однако, он же, в конце концов, не умер окончательно, а просто потерял воспоминания. Да, и, если честно сказать, не самую лучшую их часть. Что он видел здесь, кроме казармы и поля боя? Перекошенные ненавистью морды орков. К тому же, это война, а на войне солдаты умирают, и надо быть к этому готовым, даже если и кажется, что здесь победили смерть.
В раздевалке полностью облачился и побежал на полигон. К новому телу следовало как можно быстрее привыкнуть. Моя скорость и сила значительно увеличились, так что пришлось заново учиться ходить и бегать.
