Устин достал записную книжку и, наклоняясь над картой, ответил:
— Обловку казаки миновали, идут через станцию Чакино, большаком на станцию Сампур.
Паршин, выпустив клубы дыма, провел спичкой по названным, пунктам, ожесточенно стукнул рукой по столу.
— Да. Дело серьезное. Казаки от нас в одном кавалерийском переходе.
Вызвав помощника, Паршин приказал держать роту в полной боевой готовности, а сам уехал в совет укрепрайона за последними указаниями.
Там он встретил Соколова. Комбриг был на этот раз с небритыми, щетинистыми щеками. Серые, выцветшие глаза смотрели из-под нависших бровей неприязненно и отчужденно. Во всем лице его чувствовалось что-то колючее и жесткое. Он стоял за столом, разглядывая прозрачную пластинку своего .планшета, и, когда вошел Паршин, посмотрел на него исподлобья и, как показалось Паршину, иронически. Паршин отозвал в коридор заведующего отделом пропаганды губкома Филатова и, нервно теребя пуговицу его пиджака, сказал:
— А все-таки я неспокоен в отношении Соколова.
— Почему? — удивился Филатов. — Или1 тебе что-нибудь стало известно?^
— Ровно ничего. Но если бы я с ним был так близок, как вы... Словом, я ему не верю.
— Ну, хорошо. На чем же ты все-таки основываешь свои опасения?
Паршин не сразу нашелся.
— Видишь ли... да ты помнишь, он предлагал вооружить дезертиров для попрлнения частей.
— Ну и что же? .. Всякий вправе высказывать свое мнение. Но ведь совет предложения его не принял... Ты, Паршин, фантазируешь. Всеми военными операциями руководит совет укрепленного района, у которого Соколов только исполнитель.
— А фактически?
— И фактически... Ты что, не в духе?
— Я в духе, — нахмурился Паршин и добавил: — Нельзя быть не в духе, когда казаки от города в двухчасовом расстоянии. Надо подтягиваться.
Филатов взялся за подбородок и покачал головой.
— Да, брат, дела неважные...
В дверях показался дежурный, попросил Паршина к коменданту. Паршин подтвердил донесение разведки о том, что белоказаки заняли станцию Чакино, Сампур и двигаются северо-западнее Тамбова, угрожая перерезать дорогу на Москву. Комендант приказал немедленно выслать разведку в западном и юго-западном направлениях и тотчас же изменить следование эшелонов, отправляя их в сторону Саратова, по единственно безопасному пути.
