— Я сделала то, что мне говорила моя честь, Сорняк. — Соня вскинула свой носик. — Будь на твоём месте даже кровный враг моего рода, я сделала бы тоже самое, не думая, потому что честь для аристократа превыше всего.
— Это ты прости меня, Сор…Тош, ну, за то, за ту ночь. — неуклюже извинилась Баста, смешно смотря в брусчатку под ногами и переминаясь с ноги на ногу. — Ладно?
Она сейчас и правда выглядела как ребёнок лет семи, который внезапно осознал что то, что он сделал — это плохо. Я не знал как на это реагировать, и поначалу тоже стушевался. Пришлось взять себя в руки, чтобы никого не задерживать и не затягивать паузу.
— Да без проблем! — сказал, протягивая ей руку.
Девушка ответила рукопожатием, улыбнулась виновато и я впервые заметил на её щеках румянец. И когда наша Гора, а именно так её нарекла наставница, улыбалась, видно было что она тоже очень даже симпатичная девушка.
Территория университета была открыта, и мы видели площадь перед кампусом, но выходить конечно же никто не стал. Боевым магам первые полгода запрещалось покидать место обучения без сопровождения в виде наставницы. Были в уставе ещё какие-то исключения — вроде ректора, офицеров особой службы и обычных офицеров во время боевых действий. Но как мы все понимали, к нам это не относилось. Интерес вызывало что произойдёт если мы выйдем за высокую преграду через главные ворота. Может быть нас просто задержат, а может «умные заклинания» в стенах университета каким-то образом поставят барьер для непутёвых курсантов. Мы не хотели этого проверять, и просто двинулись вглубь университетского городка, к нашим казарме и наставнице.
— Сорняк, ровно, прямо!
Приказ от командира мне пришёл сразу же, как только я с остальными вошёл на территорию нашего курса. Причём она командовала только мной, и больше никем, так что девушки остались стоять и смотреть вопросительно то на меня, то на неё.
— Ветка, разоружить Сорняка, забрать пояс!
Следующий приказ уже был отдан оранжевоглазой Ани. Оружия у меня не было, но пояс с местом под него оставался. Девушка умело расстегнула всю перевязь и сняла с меня.
— Стой прямо, Сорняк, и не двигайся. — процедила сквозь зубы наставница.
Все замерли, включая меня, ничего не понимая. Я даже сначала подумал, что всё — меня решили исключить. Но через пару мгновений наставница внезапно ринулась на меня, выхватив оружие из ножен, и крича:
— Прямо я сказала!
Я не сдвинулся с места, и ничего не произошло. Мне пришлось пару раз моргнуть, чтобы капелька пота со лба не попала в глаз. Пришло наконец то понимание что только что произошло — ментальная атака, наподобие той, что я недавно пережил. Наставница же сказала:
— Сорняк, ты идёшь к себе, сегодня броска не будет, отдыхаем. — она оглядела девушек. — А с вами сейчас разберёмся, кто и когда будет его учить ставить барьеры и отличать реальность от обычных направленных мыслей.
Я поплёлся к казарме, понимая, что следующие недели две меня ждёт весёлое времяпрепровождение. Побудки среди ночи, резкие выпады в ментальном плане, и всё ради того, чтобы я не был так уязвим и больше того, что случилось сегодня не повторилось. Вздохнул, сев на кровать и погладив Пи, малыш выбежал и обдал меня своими радостными эмоциями.
— Пи? — пискнула моя зверушка.
— Вот тебе и Пи. — сказал я, опрокидываясь на кровать.
Две недели я выдержал, и теперь запросто отличал направленные на меня мысли от реальности. Это, в конечном счёте, оказалось не так сложно, как пережить все издевательства. Девушки, да и сама наставница, могли набросится на меня в любой момент. При этом остальные обычно находились рядом чтобы если что перехватить и не дать ответить. Я не понимал поначалу зачем это всё было нужно, тем более так быстро, но потом стало ясно.
Нас наконец то стали учить магии.
Вернее — не совсем магии, а если ещё вернее, как сказала наставница — совсем не магии.
Всё случилось буднично, в один из дней командир отменила очередной бросок. Собрала нас, просто подошла к каждому и моментально провела стыковку энергоскелетов. Проделала за меньше, чем долю секунды с каждым то, что мы пытались сделать с девушками, когда они учили меня обращаться со вторым сердцем. Дальше что-то произошло, я почувствовал уколы во всём теле, стало неприятно и тошно. Но это почти сразу прошло, и на смену плохим чувствам — пришли хорошие.
— Свободно! — крикнула наставница и пошла в свою «конуру», как мы прозвали её домик.
Мы все удивлённо смотрели друг на друга, но никто первый не решался сделать то, что хотелось. Все почувствовали, что внутри есть какое-то напряжение, и его срочно нужно снять. И мы даже примерно знаем как это сделать, но боимся.
