Транспортационный луч перенес нас с корабля на практически ненаселенное место возле дока, и добираться по узким грязноватым улицам было довольно далеко. Вокруг стояли домики в готическом стиле из дерева и камня. Из гостей на Аргелиусе попадался отдыхавший там от трудов персонал Звездного Флота, Клингоны и ромуланцы, а также, изредка, негуманоиды. Планета была не совсем пригодной для одновременного обитания разнообразных форм жизни.
Конечно, столь спокойная атмосфера не могла обойтись без военных, а тем более, расовых предрассудков. Члены состава Звездного Флота в упор наблюдали за Клингонами и ромуланцами, и наоборот. Я чувствовала на себе всеобщую подозрительность, хотя, может быть, мне так только показалось.
Возможно, виной всему была вуаль на моем лице и вышитые бисером шлепанцы.
Или украшенные перьями штаны. Неудивительно — фиолетовый никогда не был моим любимым цветом. Я поняла, что одежда не в состоянии скрыть того, что здесь мы — иностранцы.
— Обязательно выскажу все это Споку, — пожаловался Маккой, ощущая на своей спине любопытные взгляды местных жителей. Он еще туже затянул лиловый кушак, перепоясывавший бордовую рубашку. Ему тоже, по-видимому, не нравились такие цвета, особенно в сочетании с ярко-оранжевой феской. Она делала его похожим на персонаж, сошедший на землю со средневекового гобелена, может быть, с той разницей, что в заплечном мешке он нес наши трикордеры.
— Полагаю, что мы уже близко к нашей цели, — вслух подумала Мэрит. Я чувствую запах сырости.
— Не надо жаловаться на судьбу, — ответила я, рассматривая ее голубой халат, свисавший ей почти до пят. — Вы единственная из нас, одетая более или менее прилично, не как тропические птицы, — я еще крепче сжала под мышкой сверток с моим летным костюмом и ботинками.
Спок советовал мне оставить все это на корабле, но я никак не могла смириться с мыслью о том, что, возможно, мне придется воспользоваться моим фазером, не снимая этого дурацкого наряда из перьев и вуали.
— Вот и пришли, — произнесла я, подойдя к небольшой двери. Бар оказался до отказа заполнен посетителями, было очень шумно. Стены небольшой комнаты украшали небрежно повешенные занавески, их цвет и рисунок говорили об их почтенном возрасте. В атмосфере дыма и едких запахов на подушках или прямо на полу сидели посетители. Из утла доносилась музыка, больше смахивавшая на скрип, несколько музыкантов размахивали руками в такт своей незатейливой мелодии, а на подиуме, обитом видавшим виды вельветом, молодая девушка изображала некое подобие танца.
Мы едва успели войти внутрь, как дородного вида мужчина приблизился к нам, что-то бормоча по-аргелийски. Он взял меня за локоть и повел вглубь бара.
— В чем дело? — огрызнулась я. — Что вы хотите?
Он неодобрительно покачал головой и легко перешел на английский.
— Вы опаздываете! Я оказал любезность депутату парламента Ири и что же получил взамен? Мне приходится мириться с явным недостатком рабочих рук, и когда — в первую ночь праздника Арктиды. Вы… возьмите этот поднос. Он сунул широкое металлическое блюдо в руки Мэрит и приказал ей:
— Обслужите вон тех клингонов. Сделайте все, чтобы они остались довольны. А вы, — обратился он к Маккою, — добавьте им еще горячительного.
Вон тем.
Через секунду я оказалась наедине с этим розовощеким здоровяком, который вел меня среди множества ног и подушек.
— А вот и работа для вас. Вы знаете, что такое "литика"?
— Возможно… Я не уверена, — пробормотала я, переступая через спящего аргелийца. — Вы не помните среди своих посетителей вулканцев?
Он сделал неопределенный жест рукой.
— Кто знает? Вулканцы, ромуланцы — здесь все они на одно лицо.
Он провел меня за полупрозрачную занавеску и приказал оставаться там до своего возвращения. Этого момента я и дожидалась. Отойдя подальше к стене, я достала переговорное устройство, запрятанное в складках платья. В динамике раздался щелчок после подключения антенны.
— Пайпер обращается к «Королю», — негромко произнесла я. — Спок слушает.
— Есть что-нибудь новое, сэр?
— Пока нет. Я продолжаю посылать радиоволны. Поскольку здесь стал необходим только один из нас, мистер Сэндидж попросил меня отпустить его на планету, и я согласился. Он уже переоделся и скоро присоединится к вам.
А как дела у вас?
— Думаю, что нас только что приняли на сезонную работу. Надеемся благодаря этому не очень обращать на себя внимание. Я планирую вскоре начать задавать вопросы и, возможно, получать ответы, а также ориентиры для дальнейших действий. Сарда жив и где-то недалеко — я это чувствую.
В ответ последовало его неодобрительное молчание, однако, от комментариев он воздержался.
— Да… Сообщите мне, если ваши планы как-либо изменятся. Через тридцать минут я выйду на контрольную связь.
— Принято. Пайпер заканчивает связь. Я спрятала свое переговорное устройство в карман сложенного летного костюма, укрыла сверток за занавеской и вернулась туда, где несколько минут назад рассталась с розовощеким владельцем бара.
