Только бы эта штука заработала…
Риск — это наша работа.
На мостике царил организационный хаос. Капитан Кирк склонился над своим пультом, его средневековый костюм мало соответствовал месту и обстановке. Вспышки индикаторов тревоги наслаивались на цветные отблески залпов вражеских кораблей, не оставлявших в покое друг друга; под перекрестный обстрел время от времени попадали и мы сами. Справа от меня мистер Спок склонился над своей приборной доской, голубые цифры монитора внешнего наблюдения текущего статуса корабля перемешивались на его лице с отсветами взрывов на экране внешнего обзора. На мостике они были вдвоем с капитаном.
Когда я вышла из турболифта, меня охватило странное ощущение.
Добраться до мостика было совсем нелегко, и на этом пути меня несколько раз бросало на стены в моменты атак вражеских кораблей. Я уже устала реагировать на бродивших всюду бледных, шатающихся членов команды, получивших свою дозу антидота. Эти люди рисковали своей жизнью. И вот я, облеченная властью принимать решения вместе с капитаном Кирком и командиром Споком, появилась на мостике.
Кирк что-то говорил в коммуникатор, отдавая распоряжения, которые я едва слышала; ему вторил голос мистера Скотта, которого, однако, уже не было у центрального пульта инженерной службы.
— На минимуме, однако, движение в обратном направлении все же есть, — говорил Кирк. — Молодец, Скотти. Так держать.
Капитан следил за параметрами навигации, пока «Энтерпрайз» вращался по оси, подталкиваемый тяговыми лучами клингонов. Появился корабль ромуланцев, а у него на хвосте — клиновидной формы толианы. Кирк мгновенно открыл огонь, и в космос полетели красно-оранжевые лучи. Фазеры! Они запустили фазерные пушки! Теперь капитан мог с их помощью отвлекать внимание врагов, защищать наши порядком ослабевшие экраны и отражатели, «Энтерпрайз» раскачивался и поскрипывал в волнах беспрерывных атак, так что мне пришлось ухватиться за перила мостика, чтобы удержаться на ногах.
Голос Спока перекрывал треск электрических разрядов оживавшего "Энтерпрайза".
— Левый крейсер клингонов вышел на связь со своим соседом, капитан.
Жалуется на неполадки. Они пытаются связаться со своей Империей и другими кораблями клингонов, чтобы попросить подкрепления, которое, возможно, уже ждет сигнала… если, конечно, мне удалось правильно расшифровать их передачи.
— Попытайтесь им воспрепятствовать. Глушите эти передачи. Пусть они буксируют нас, — добавил капитан, глядя на экран. — Но пусть делают это без посторонней помощи. Скотти, готовьте еще один фазерный залп.
— Резервы для фазерного огня истощены, капитан. Я пытаюсь переключить часть энергии на эти цели. В настоящее время возникла реальная угроза разрыва корпуса корабля в секции Д, и все ресурсы приходится тратить на срочный ремонт. Слишком много ударов попало именно в эту секцию, сэр, голос Скотти прозвучал серьезно, но вполне уверенно.
Но мое внимание было обращено на Спока. В прошлом году я закончила краткосрочные курсы по компьютерной криптографии, и мне было хорошо известно, как сложно расшифровать депеши Клингонов, изготовленные при помощи их новой волновой технологии. Во всяком случае, профессор Эуфингер дал нам это понять. И вот Спок спокойно делает невероятные вещи.
Конечно, Эуфингер всегда был кретином.
Голос капитана вернул меня к действительности.
— Как идут работы над сверхускорителем?
Я откашлялась.
— Он уже установлен, он… функционирует не совсем устойчиво. Мы должны привести в соответствие его работу и настройку сенсоров. Перрен остался там, а Сарда должен быть с минуты на минуту у панели управления сенсорными системами.
Кирк покинул свой пульт и быстро подошел ко мне; я поняла, что настал ответственный момент. От него исходило ощущение такой внутренней силы, что я непроизвольно вздрогнула. Само его присутствие успокаивало, несмотря на шум и непрекращающиеся вспышки залпов.
— А вы знаете, что делать дальше? — спросил он.
— Мне объяснили, сэр, — сказала я, избегая прямого ответа.
Очевидно, мои слова понравились ему даже больше, чем если бы я уверяла его в том, что знаю и разобралась во всем, что не вижу никаких проблем в исполнении задуманного.
— Отправляйтесь, — произнес он. Наши пути разошлись, капитан присоединился к Споку.
Монитор контроля над инженерными подсистемами не очень-то хотел подчиняться моим командам: то и дело вспыхивали лампочки перехода в критический режим. Я не знала, что это означает, а поэтому предоставляла всему право идти своим чередом. Подключившись к коммуникатору, я произнесла:
— Мостик обращается к Перрену.
— Перрен слушает.
— Я у пульта. Будьте на связи, пока я не соединюсь с Сардой.
— Понятно. Еще щелчок.
— Мостик обращается к контрольной службе сенсоров.
Молчание. Я собралась повторить вызов, когда ответил тяжело дышащий голос:
— Служба сенсоров. Сарда слушает, — очевидно, он только что прибежал туда.
— Я сейчас буду сообщать координаты вам обоим. Параметры, относящиеся к оружейному каналу.
— Принято. Подключаю сверхускоритель к источнику энергии.
