«Жалкий материал для созидания нового мироздания», — подумала она, — «оно и они должны будут пойти в дело. Айдахо требует мягкого соблазнения, заботы, из которой,
Когда она поглядела вниз на реку, туда, где поток вырывался из рукотворного ущелья и растекался по зеленым землям, она увидела, как ветер с юга гонит в их направлении темные облака.
Айдахо убрал руки из ее рук, но, вроде бы, присмирел.
— Контролеры погоды становятся все ненадежнее, — сказал он. Монео считал, что это работа Космического Союза.
— Насчет такого мой отец редко ошибался, — сказала она. — Ты должен будешь в этом разобраться.
В Айдахо внезапно вспыхнула память о серебряных кусочках песчаной форели, убегающих с тела Лито в реку.
— Я слышала Червя, — сказала Сиона. — Рыбословши последуют за тобой, а не за мной.
И опять Айдахо ощутил это искушение, испытанное им на обряде Сиайнока.
— Еще посмотрим, — сказал он. Он повернулся и поглядел на Сиону. — Что он имел ввиду, когда говорил, что икшианцы не способны сотворить арафел?
— Ты не прочел всех его дневников, — сказала она. — Я покажу их тебе, когда мы вернемся в Туоно.
— Но, что это такое арафел?
— Облака Тьмы святого страшного суда. Старая история. Ты найдешь все это в моих дневниках.
Выдержка из тайного резюме Хади Бенота об открытиях в Дар-эс-Балате:
