— Недурно. — заметила она, рассматривая убранство. — Правда, здесь тоже придется постараться. Слой пыли такой будто, здесь давно не ступала нога человека.
«Она тут и не ступала.» — подумал я.
— Я все сде…
— Ну уж нет! — уперла руки в бока девушка, прерывая меня на полуслове. — Это моя комната, и стало быть, моя ответственность, так что не лезь! Я сама обставлю ее как захочу. И займусь разбором прямо сейчас, а ты иди отдохни.
С этими словами она выставила меня за дверь. Ох уж эти женщины!
В моей комнате было темно как в гробу, скомканные простыни на ложе совсем не манили лечь на них, дабы выспаться, но делать было нечего. Будучи рядом с Лией, я держался, всё же показаться при девушке слабаком не хотелось, но стоило лишь закрыть дверь, как усталость навалилась на меня свинцовым прессом. Кое-как подвинув грязное белье, я устроился на крае кровати, забывшись беспокойным сном с ужасно-кошмарным содержанием. Долго выносить пугающе яркие сны, я не смог, и открыл глаза. Тёмный потолок нависал надо мной, как бы говоря: «ничего не изменилось, ты по-прежнему Бог смерти». Я перевернулся на другой бок и вновь попытался поймать остатки сна, а потом пришло осознание: Морфей ведь тоже меня ненавидит, ха-ха…
Вместо приятных сновидений пришлось погрузиться в насущные думы. Если бы хоть кто-то из мойр был рядом, я бы точно спросил: Что с моим телом в реальном мире? Уже в гробу или впало в кому? Душу ведь вырвали из него насильно, а Харон упоминал, что перевозил тысячи таких.
Чтобы понять о ритуале хоть что-то, я погрузился в память Аида, словно дайвер, шныряя между обрывками ненужных мне воспоминаний в поисках жемчужины. И стоило проплыть совсем немного, как я застыл, огромная, кажущаяся бесконечной мозаика записи фрагментов каждого ритуала раскинулась прямо перед моим взором. Недолго думая, я отправился в самое начало и коснулся искомого, погружаясь в тот самый день.
Мойры стояли перед троном в том самом зале, где я появился впервые. Бог смерти с собственной персоной сидел на нём, льдинки в его глазах давно растаяли, превратившись в серую грязную лужу, а тьма и полное одиночество полностью овладели сердцем, если оно у него когда-нибудь было.
— Продолжай. — голос настоящего Аида был тихим и безразличным, похожим на шелест ночного ветра в листве.
— Нужно найти более-менее подходящую душу и выдернуть её из тела. Уже мертвые не подойдут, ритуал сработает только с тем, кто ещё способен дышать. — ответила одна из мойр, которых я даже не пытался различать.
— Сколько по времени займут поиски?
— Сложно сказать. Никто не делал этого прежде… Да и найти душу для одного из трёх верховных Богов куда сложнее, чем для всех прочих, особенно для тебя.
— Чем я отличаюсь от остальных? — нахмурился Аид и вокруг всё почернело, будто сам мрак мог быть ещё более тёмным, чем есть.
— Управление царством мёртвых предполагает постоянное одиночество, мрак и холод. Лишь малое число душ способны выдержать такое. — спокойно объяснила ему богиня.
— Начнём прямо сейчас. Есть что-то подходящее?
— Мы попробуем.
А потом я видел, как нечто полупрозрачное входит в тело Бога смерти и, не задерживаясь в нём ни на мгновение, с визгом вылетает в сторону реки Стикс. Что они видели там? Наверняка что-то ужасное, раз реакция сгустка материи была такой яркой… Я не помню своих ощущений в тот момент, словно мое вселение произошло в один миг, неужели моя душа настолько уникальна?.. Тысячи других покинули свои тела просто так, по божественной прихоти…
Устало протерев заспанные глаза, я сел на кровати, уперевшись взглядом в стену. Не в моих силах было бороться со сложившейся системой, но потрепать нервы эгоистичным Богам я теперь мог запросто, и был уверен — шанс совершить задуманное мне точно выпадет, а пока займусь приоритетными делами.
Я вышел за дверь и постучался в комнату Лии, она открыла практически сразу, будто все это время ждала меня прямо за дверью. Вид у неё был лучезарный, она облачилась в новую светлую тунику с золотыми элементами, идеально сочетающимися с её волосами, и нацепила себя найденные в закромах цацки. Наверняка, Аид дарил их Персефоне, пусть хоть делу послужат.
— Успела обустроиться?
— Да, ты мне выделил отличные апартаменты! — она солнечно улыбнулась. — Чем планируешь заняться сегодня?
— Пройдемся по северной части дворца, где были вчера, и поправим что можно. Если не выйдет закончить сегодня, продолжим завтра.
— А потом ты намерен воскресить скульпторов?
— Думаю, да, мне нужны сосуды, в которые я мог бы посадить души. Сейчас статуй во дворце не так много.
— Что будешь делать с тем самураем? Я не берусь осуждать твой выбор, но мне кажется, он бесполезен в твоем плане.
— Мой план заключается не только в ремонте. Рей может понадобиться позднее.
— Знаешь как его зовут? — удивилась она, бодро шагая по правую руку от меня.
— Прости, но я видел ваши воспоминания. Если что, не осуждаю и не стану упоминать никакие детали, если вы сами того не захотите.
