Бойлен два месяца провел на юге и сильно загорел, волосы и прямые брови его совсем выгорели. На секунду Рудольфу показалось, что в лице его что-то изменилось, но он пока не мог определить, что именно.
– Разрешите представить вам моего друга Брэдфорда Найта, сказал Рудольф. – Мы учились в одной группе.
– Здравствуйте, мистер Найт. – Бойлен пожал ему руку.
– Рад познакомиться с вами, сэр, – произнес Брэд с более сильным, чем обычно, оклахомским акцентом.
– Насколько я понимаю, вас тоже можно поздравить, – сказал Бойлен.
– Полагаю, да. Во всяком случае, формально, – улыбнулся Брэд.
– Нам нужен еще один бокал, Перкинс, – сказал Бойлен, направляясь к ведерку с шампанским.
– Слушаю, сэр. – И Перкинс удалился с таким видом, словно вел за собой целую процессию.
– Ну как, речь демократа была поучительной? Он упомянул о тяготах богатства?
– Он говорил об атомной бомбе, – ответил Рудольф.
– Изобретение демократов. А он не сказал, на кого мы теперь собираемся ее сбросить?
– Кажется, ни на кого. – Рудольф сам не понимал почему, но ему захотелось встать на защиту члена правительства. – В общем, в его словах было много здравого смысла.
– Да ну? Может, он скрытый республиканец? – заметил Бойлен, крутя в ведерке со льдом бутылку.
Неожиданно Рудольф понял, что изменилось в лице Бойлена. Под глазами больше не было мешков. Наверное, он как следует отоспался на юге.
– Славное у вас тут место, мистер Бойлен, такой старинный дом, – сказал Брэд. Во время разговора он беззастенчиво разглядывал все вокруг.
– Символ собственности, – небрежно произнес Бойлен. – Моя семья очень ценила его. Вы ведь с Юга, мистер Найт, верно?
– Из Оклахомы.
– Я однажды проезжал через этот штат, – сказал Бойлен. – На меня он произвел гнетущее впечатление. Вы намерены вернуться туда?
– Завтра, – сказал Брэд. – Я попытался уговорить Руди поехать со мной.
– Вот как, и уговорили? – Бойлен повернулся к Рудольфу. – Ты едешь?
Рудольф отрицательно покачал головой.
– Значит, нет, – сказал Бойлен. – Я не представляю тебя в Оклахоме.
Явился Перкинс с третьим бокалом и поставил его на столик.
– Ага, теперь все в порядке! – воскликнул Бойлен.
Он ловко открутил проволочку с пробки. Осторожно покачал пробку, и она выскочила с сухим хлопком. Он начал разливать пенящуюся жидкость. Обычно он поручал Перкинсу открывать бутылки. Рудольф понял, что на этот раз Бойлен открыл шампанское сам.
Он протянул бокал Брэду, затем Рудольфу и поднял свой.
– Итак, за будущее, – сказал он. – За эту опасную и неопределенную временную категорию.
– У этого, пожалуй, вкус иной, чем у кока-колы, – сказал Брэд.
Рудольф слегка нахмурился. Брэд нарочно изображал из себя деревенщину – это была реакция на элегантность и рафинированность Бойлена.
– И в самом деле, верно? – спокойно произнес Бойлен. – А что, если нам пойти в сад и допить бутылку на солнце? В этом всегда есть что-то праздничное – выпить на свежем воздухе.
– Спасибо, но у нас мало времени, – отказался Рудольф.
– Вот как? – удивленно поднял брови Бойлен. – А я полагал, мы вместе поужинаем на «Постоялом дворе». Вы тоже приглашены, мистер Найт.
– Благодарю вас, но все зависит от Руди.
– Нас ждут в Нью-Йорке, – объяснил Рудольф.
– Понимаю. Вечеринка, люди вы молодые…
– Да, нечто в этом роде.
– Вполне естественно, – сказал Бойлен. – В такой день. – Он налил всем еще шампанского. – Ты с сестрой увидишься?
– Да, мы собираемся у нее. – Рудольф не имел обыкновения врать.
– Передай ей от меня привет, – попросил Бойлен. – Надо будет не забыть послать подарок ее ребенку. Повтори мне, кто у нее?
– Мальчик.
Рудольф говорил ему, когда родился ребенок, что это мальчик.
– Значит, нужно послать маленькую серебряную ложечку, – сказал Бойлен, – чтобы крошка ел с нее кашку. В моей семье, – к сведению Брэда, сказал Бойлен, – новорожденному мальчику принято было дарить пакет акций. Естественно, они оставались в семье. Это выглядело бы странно, если бы я сделал такой подарок племяннику Рудольфа, хотя я очень люблю Рудольфа. Кстати, я очень привязан и к его сестре. Но в последние годы мы идем каждый своим путем.
– Когда я родился, отец записал на мое имя нефтяную скважину, – сказал Брэд. – Сухую дыру. – И он от души рассмеялся.
– Важно намерение, – в знак утешения из вежливости сказал Бойлен.
– Не в Оклахоме, – сказал Брэд.
– Рудольф, – обратился к нему Бойлен, – я надеялся, что за ужином мы сможем спокойно поговорить обо всем, но раз вы торопитесь… Конечно, в такой вечер вам хочется быть среди своих сверстников. Тем не менее не уделишь ли ты мне сейчас несколько минут?
– Если хотите, я пока погуляю, – сказал Брэд.
– Вы очень деликатны, мистер Найт, – в тоне Бойлена на мгновение прозвучала насмешка, – но нам с Рудольфом нечего скрывать. Так, Рудольф?
– Не знаю, – холодно ответил Рудольф. Он не собирался участвовать в затеянной Бойленом непонятной игре.
