Ну вы же знаете, что такое работа на астероидах. Подписываешь контракт, допустим на месяц, затем летишь туда в компании четырёх, таких же как ты, парней и почти всё время занимаешься трепотнёй, потому как больше-то заняться и нечем. И каких только историй не услышишь на борту изыскательского корабля. Небылицы, враньё и выдумки самого широкого спектра. Но в каждой шутке, как известно, лишь доля шутки.
Думаю, вам не надо рассказывать, что такое работа на астероидах в составе изыскательской команды. Вы подписываете контракт, обязывающий вас торчать там, допустим, в течение месяца, летите туда вместе с четырьмя такими же парнями и почти все время занимаетесь трепотней. Изыскательский корабль, где вам приходится жить этот месяц, — не лайнер первого класса. Здесь на пространстве так поэкономили, что о книгах, журналах или играх и мечтать не приходится. Да и радио особо не послушаешь. Обычные станции здесь не ловятся; только специальные выпуски новостей, которые транслируются на всю Солнечную систему. А они выходят один раз в земные сутки.
Поэтому разговоры — ваше единственное развлечение в свободное от работы время. Или сам говоришь, или напарников слушаешь. Свободного времени у вас навалом. Рабочий день в скафандрах длится всего четыре часа. Час поработал — возвращаешься на корабль для пятнадцатиминутного отдыха. Таково правило.
Вот и получается: разговоры, болтовня, треп — самое дешевое и доступное развлечение для изыскательских команд. Кстати, правдивые истории, нечто вроде хроники минувших дней, здесь не в цене. Поэтому большую часть времени мы слушаем откровенную завираловку, в сравнении с которой Клуб лжецов,[1] когда-то существовавший на Земле, — просто воскресная школа для пай-мальчиков. А если и у вас котелок неплохо варит по части сочинительства, на борту изыскательского корабля вы сможете придумывать великолепные завиральные истории с любым количеством подробностей. Повторяю: времени тут предостаточно.
В нашей команде был Чарли Дин — настоящий мастер рассказывать всякие завиральные штуки. Ему довелось поработать на Марсе в те давние времена, когда там было полно хлопот с
Впрочем, я отвлекся. Так вот, Чарли рассказывал свою завираловку. Для начала, пока мы не вошли во вкус, его завираловка была просто шикарной. Мы только что прилетели на этот астероид и отдыхали с дороги. Поначалу байки всегда бывают незатейливыми, их легко рассказывают и охотно слушают. Это уже потом, к четвертой неделе, когда всем здесь осточертеет и скука сделает нас придирчивыми и раздражительными, наступит черед изощренного межпланетного вранья.
— И тогда мы поймали их вождя, — заканчивал свою завираловку Чарли. — А у
Не стану пересказывать конец завираловки Чарли. Я заговорил о ней лишь потому, что он первым упомянул о серьгах.
Блейк, еще один парень из команды, угрюмо покачал головой, потом обернулся ко мне.
— Хенк, а что там стряслось на Ганимеде? Ты же летал туда несколько месяцев назад? Ваш корабль, насколько знаю, впервые совершил посадку на Ганимед. Но почему-то про ваш полет — почти ни гу-гу.
— Я бы тоже не прочь послушать, — сказал Чарли. — Помню, прочитал где-то коротенькую заметочку, что туземцы Ганимеда оказались гуманоидными существами ростом около четырех футов. Писали, что они ходят голыми и у всех в ушах болтаются сережки. У них, наверное, и чувства стыда нет? А, Хенк?
В ответ я усмехнулся.
— Если бы вы увидели туземцев, так поняли бы, что им нечего стыдиться. У них просто нет такого понятия. Кстати, и сережек в ушах у них не было.
— Ты специально дуришь нам мозги? — спросил Чарли. — Понимаю: сейчас ты скажешь, что летал туда, а я — нет. Но все равно ты несешь какую-то чушь. Я мельком видел парочку снимков с Ганимеда и могу утверждать, что туземцы носят серьги.
— Нет, — возразил я. — Это серьги их носят.
Блейк глубоко вздохнул.
— Ведь знал я, что так и будет, — сказал он. — И вообще этот полет начинался как-то криво. По-моему, Чарли подкинул нам вполне подходящую историю. Уверен, он рассказал далеко не все подробности. А теперь ты влез с этой своей фразой. Я что, ослышался? Или я совсем не понимаю в серьгах, раз они не болтаются у меня в ушах?
Я усмехнулся.
— Ничего ты в них не понимаешь, — ответил я пилоту нашего корабля.
Тут влез Чарли.
— Я слышал, что люди кусают собак, но чтобы серьги носили людей — это ты хватил. Не хочу тебя обижать, Хенк, но сам подумай.
В любом случае, я завладел их вниманием. Именно это было мне и нужно.
