В центре комнаты возвышался небольшой помост, обтянутый золотистой парчой немыслимой красоты и ценности. На помосте стоял гроб, высеченный из цельной глыбы голубоватого горного хрусталя. Я приблизилась к возвышению и осторожно, дрожащими руками подняла тяжелую крышку саркофага.
Сначала мне показалось, что он спит... Длинные густые черные ресницы изысканными полукружьями лежат на бледных щеках. Точеный нос с аккуратно вырезанными ноздрями и аристократичной горбинкой. Сочные пурпурные губы и узкий, властный подбородок. Высокий, беломраморный лоб, окруженный прямыми иссиня-черными волосами, ниспадающими до пояса. Худые руки с пальцами, словно выточенными из алебастра, сжимают золотую рукоять кинжала непривычной изогнутой формы. Совсем не соображая, что делаю, но в глубине души конечно же надеясь на чудо и подчинившись сумасбродному порыву души, я наклонилась к лицу красавца и прижалась к его губам долгим, трепетным поцелуем... Но – увы, ничего не произошло, спящий не проснулся, его сладостные губы остались холодны как лед. За моей спиной громко, облегченно вздохнул Алехандро, мучимый жгучей ревностью.
– Невероятно,– чуть слышно шепнула Элкида,– до сих пор никто из нас, кроме Крылатых богов, не мог прикоснуться к телу Влада. Его защищает незримое энергетическое поле.
Айм изучающе вел пальцем вдоль резьбы, украшавшей край саркофага.
– Это церковная латынь! – радостно признал он.– Кажется, я могу прочитать, что здесь написано!
– И что же? – поспешила поинтересоваться Крися.
Я молчала, и так отлично понимая, что высечено на гробе.
– Влад Цепеш из рода воинов Дракулья,– торжественно перевел аналитик.– Господарь Валашский и Сербский, великий воевода острова Снагов.
– Все сходится! – кивнула королева Элкида.– Но он мертв уже многие сотни и сотни лет!
– Он не мертв! – Я прижалась лбом ко лбу Дракулы.– Я ощущаю легкие эманации его разума. Душа его жива, но жаждет упокоения…
В это мгновение Влад Цепеш неожиданно распахнул глаза, впиваясь своим огненным взором в мои шокированно расширившиеся зрачки. Я глухо застонала, мысленно проваливаясь в глубину его бархатных зеленых очей, так похожих на мои собственные глаза. Перепуганно кричали друзья, но я их не слышала…
…Я стояла на парапете высокой каменой стены. Далеко внизу плескались волны полноводной, бурной реки.
«Арджеш»,– поняла я. Вычурное, тяжелое, обильно расшитое драгоценными каменьями платье лениво хлопало на ветру, било меня по ногам, облепляя колени и норовя утянуть вниз. Мои волосы, заплетенные в косы, перевитые жемчужными нитями, удлинились почти до земли и заметно посветлели, приобретя цвет белого золота. Я четко осознавала: я – Ника, но одновременно с этим в моем мозгу параллельно существовал и разум другого человека – женщины, жившей за многие сотни лет до моего рождения.
Где-то рядом неожиданно тоненько тренькнула струна лютни, а затем полилась неторопливая, плавная мелодия и зазвучали слова прекрасной баллады:
