- Понятно. Я вот зачем звоню, Василий Васильевич... Скажите, когда вы видели в последний раз Фердинанда Калистратовича?
- Господи, да вы как следователь. - Курочкин вспомнил вчерашний разговор о некоем муже, которого разыскивала некая Дора Абрамовна. - Этот ваш Фердинанд Калистратович старый взяточник и развратник, разгулялся перед смертью. Впрочем, с такой женщиной, как Люся, можно и в гроб ложиться!
- Какая Люся?
- О, это, конечно, не Венера, но что-то венерическое у нее определенно есть, - повторил Курочкин слова Кукушкина.
- Василий Васильевич, любезнейший, вы мне не дадите ее телефон? Сделайте милость.
Курочкин растерялся, поняв, что проговорился.
- В-вы знаете, у м-меня сейчас такое состояние, что вряд ли я сейчас что-нибудь найду или вспомню. Вот немного отдышусь и перезвоню...
- Хорошо, любезнейший. Давайте часа через два созвонимся. Только не забудьте, а то я расторгну с вами трудовое соглашение, - Хитроумов нежненько положил трубку на рычажки и задумчиво поковырялся в носу: ему показалось, что он разговаривал не с Кукушкиным.
Курочкин пожалел, что брал трубку. Теперь ему надо было срочно сообщить о состоявшемся разговоре Кукушкину. Он не знал, насколько важной птицей был этот Всеволод Львович, но не соблюсти условий договора с хозяином квартиры, который его гостеприимно приютил, не мог. И хотя гость из Москвы очень боялся холодной воды, он мужественно бросился под ледяной душ, чтобы побыстрее изгнать из себя "пережитки вчерашнего".
А Вася Кукушкин в это время напрочь забыл, что у него в кармане было жалких три рубля, и входил в азарт ресторанного кутежа. Моська и Зоська не отпускали его ни на шаг в сторону. Как только какая-нибудь соперница пыталась пригласить Васю на танец, кто-то из девиц вскакивал, преграждая ей путь своим телом, и отвечал: "Спокойно, милая, фраер забит!"
Подобная опека Кукушкину нравилась, и он позволил себя обнимать и даже вешаться себе на шею. Он хотел выглядеть благородным франтом.
Но так было, пока Зоська не проверила его платежеспособность. Это случилось после того, как Вася ушел в туалет, специально оставив пиджак на спинке стула.
- Слушай, Моська, так он же пустой! - она испуганно показала вывернутый Васин бумажник и единственную трешку. - Сваливаем, а то придется за него башлять. Какой подонок! С такими бабками пусть жену в ресторан приглашает.
Девиц словно ветром сдуло.
Курочкин знал, где искать Кукушкина. На всякий случай позвонил на квартиру Оли, но по ее грустному голосу сразу определил, что Васи дома не было.
В зале ресторана Курочкин почувствовал отвращение ко всему, что его окружало. Все посетители ему казались излишне упитанными, беспечными и равнодушными. Заметив на спинке стула висящий пиджак, он ни на секунду не усомнился, что это был стол Кукушкина.
Не успел Курочкин допить бокал воды, как тут же появился возбужденный официант и зловеще спросил:
- За этим столом сидит ваш друг?
- И не то, чтобы да, и не то, чтобы нет, - Курочкин немного повеселел.
- Если не хотите его потерять, уплатите за него! - потребовал официант.
- Сколько он должен?
Работник ресторана достал свои записи и начал перечислять:
- Он заказал пять бутылок коньяка для оркестра, шесть бутылок шампанского для проституток, дважды я принимал от него заказы для соседнего стола - там ему одна шлюха понравилась. Не уплатил он еще и за свой стол. Я уже не считаю, что он и меня угощал...
- Сколько? - громко переспросил Курочкин.
- Двести семьдесят! - скороговоркой и с затаенным дыханием сообщил официант и застыл в ожидании.
Курочкин отсчитал триста рублей, полученных вчера от Кукушкина, и небрежно бросил на стол.
- Где он?
Официант поклонился деньгам и дрожащим пальцем показал в сторону выхода:
- Там. В клозете.
Прихватив с собой пиджак Кукушкина, Курочкин рванул в туалет.
Кукушкин стоял в туалетной комнате, склонившись над раковиной, и делал себе перед зеркалом примочки. На лице ссадины. Рубашка в крови. Увидев Курочкина, он на радостях даже обнял его:
- Понима-ашь, Вася, за правду и добро бьют, за неправду и обман - тоже. Я решил объявить войну! Да! С сегодняшнего дня, вот с этой минуты, я объявляю войну всем жуликам, взяточникам, ворам и прочей дряни и сволочи!
- Пошли домой, - Курочкин сочувствующе похлопал товарища по плечу. - Я твой заказ оплатил, на улице нас ждет машина.
- Зачем? Неужели ты не видишь, что я за него заплатил сполна! Кукушкин был обижен на весь мир.
- Ладно, поребячились мы с тобой, теперь поехали...
- Ведь я же проводил эксперимент, понимаешь ты или нет. Экспе-ри-мент!
- Какой еще эксперимент?
- Обыкновенный. Я изучал уровни человеческой жадности!
- Вот что, экспериментатор, - Курочкин повесил на плечи Кукушкина пиджак и медленно повел его к выходу, - еще один такой эксперимент, и тебя не соберет даже самый лучший часовой мастер.
Сегодня Кукушкин уже не сможет успокоиться. Ни в такси, ни у себя дома. И напрасными были старания Курочкина уложить его в постель. А когда Кукушкин еще узнал, что ему необходимо срочно позвонить Хитроумову и сообщить телефон Люси, он вообще пришел в ярость:
