Вот очередная вспышка высветила мантикору нависшую над пегасом, который явно не успевает увернуться от удара лапой. Тяжелый удар проламывает легкую броню летуна и вспаривает спину, почти отрывая одно крыло и перебивая хребет сразу в трех местах. Испытывая сильную боль, пегас падает к земле, не способный спасти себя, и только дико кричит. Но его больше никто не слышит за шумом дождя и раскатами молний. Запоздалая попытка единственного единорога спасти товарища ни к чему не приводит. Телекинетический захват ловит пегаса почти над самой землёй, но увы не надолго. Использовать магию в такую погоду очень глупая идея, если не соблюдать правила безопасности. За что единорог сразу и поплатился своей жизнью, схлопотав удар молнии с небес. Ведь в такую погоду использование магии всегда чревато подобными неприятностями. Если не сбрасывать магическое напряжение вокруг тела. Иначе маг немедленно превращается в ходячий громоотвод, и лишь от времени зависит когда произойдет непоправимое. В горячке боя, когда счет шел на секунды, он забыл об этом, за что и поплатился.
Синхронно обе мантикоры спикировали на парочку земных пони, которые встали на дыбы и приняли животных на копыта, вкладывая в удар не мало магии. Вот только мантикоры существа большие и тяжелые. От чего даже столь сильный удар только сломал одной мантикоре лапу, а второй ободрал кожу на морде, скользнув по скуле. Еще мгновение, и манитикоры просто сминают пони своим весом, буквально вбивая в размокшую землю. Броня спасет их жизни, но ломает кости, делая пони почти беспомощными. Мантикоры не упускают своего шанса, тут-же начиная разрывать их плоть когтями и зубами. Медленно, но уверенно, полутонные зверюги выковыривают их из сияющей скорлупы тяжелых доспехов.
Последний пегас пикирует на голову одной из мантикор, разгоняясь почти до передал, и вкладывая всю свою массу и скорость в один удар. Передние копыта с размаху входят в затылок зверя, проламывая череп словно гнилую деревяшку, и погружаясь в мозг. Но пегас не успевает порадоваться своему успеху, когда инерция ломает его копыта о нижнею часть черепа, а сам он напарывается грудью на раздробленный череп, ломая себе ребра и выбивая из суставов передние ноги.
Увы слишком поздно, земные пони уже почти мертвы и скоро погибнут от потери крови, не способные никак сопротивляться своими ошметками тел. Единорог который мог спасти ситуацию мертв, по своей же глупости, а последний боец пятерки разменял свою жизнь на жизнь одного чудовища, и теперь вновь кое-как поднимается в небо, совершенно не способный сражаться. А в это время последняя мантикора уже пожирает его еще живого товарища. А ведь как хорошо начали, сразу расправившись с одной мантикорой, почти поймали вторую, пока первый из пары пегасов отвлекал третью. Увы, но этот летун заигрался, поймав удар в спину и потянув за собой мага. После чего весь бой посыпался. Грустно видеть их гибель, но я ничего не могу с этим поделать.
Поняв бесполезность продолжения боя, последний пегас решил улететь. Плохо соображая от боли в поломанных копытах и вспоротой груди, он явно не желал быть убитым ещё раз. Вот только за такое полагается наказание. Поэтому повинуясь моей воле, порыв ветра бросил его на острые шипы кустарника, которые протыкают его не закрытые броней живот и пах. Проникая на смертельно опасную глубину, они прокалывают внутренние органы. Агония бедолаги растягивается на две с лишним минуты, пока захлебывающейся криком пегас пытается подняться на поломанных копытах, и только еще больше раздирает их о колючки. Наконец он испускает дух, отмучавшись в последний раз за эту долгую ночь.
Итак, мантикоры восемьдесят три победы, гвардейцы восемнадцать. Печальный результат, но что поделать, такие уж у меня пони. Можно завершать симуляцию и возвращать всех участников на исходные позиции. Непогода исчезла, и в небесах засияло солнце, освещая своими лучами огромную очищенную от леса арену, и позволяя бывшим участникам, сейчас сидящим на трибуне, увидеть весь полигон целиком. Одновременно с этим, раны погибавших в последней симуляции восстанавливаются и вот уже разорванные в лапах "монстров" пони оживают, и с шальными глазами пытаются подняться на копыта. Смерть во сне конечно не такая шокирующая как на яву, особенно если она далеко не первая. Но для них это всё ещё слишком не привычно, от чего бедолаги потеряли ориентацию в пространстве и зигзагами идут к остальным страдальцам.
Ладно пора заканчивать вводное занятие, с полным погружением в симулированную реальность. Я удаляю полигон, изменяя декорации на лекторский зал, после чего рассаживаю пони за парты, а сам возникаю возле доски.
- Я не доволен вами воины. Вы совершенно не умеете умирать! - с лёгким раздражением в голосе начинаю я разбор полётов, но пони лишь понуро смотрят на меня в ответ, всё ещё ошалевшие от недавних схваток.
Вот же послала Селестия учеников! Я стучу указкой по доске, привлекая внимание парочки гвардейцев в заднем ряду и продолжаю.
