Тёмная дымка клубится вокруг, несмотря на солнце стоящее в зените. Да уж, хорошо я наелся, раз даже свет светила сестры не может разогнать сочащийся из меня мрак. От уютной постельки не осталось и следа, только пропитанная тьмой земля под копытами. Так дело не пойдёт. Магия, послушная моей воле, окутывает тьму и втягивает её в меня, очищая от неё мир. Вот так-то лучше. Только мне паршиво и хочется отрыгнуть эту пакость из желудка, где она проходит первичную деструкцию, после чего поглощается телом и уже внутри трансформируется в свет, который потом будет впитан Луной для развития новых магических систем. Этакий допинг для моего спутника.
Оборачиваюсь по сторонам, и вижу на гребне соседнего холма уже знакомую шестёрку пони. О, девочки как-то странно на меня смотрят, да ещё и Элементы Гармонии на себя нацепили. Хм, может испугать их, и пусть ещё разок врежут? Неприятно конечно будет, но всю тьму махом разорвёт этой силой. Заманчиво, но пожалуй это будет перебором. Мне ещё жить в этом мире. Да и разбрасываться таким морем магии глупо, пусть лучше послужит моим планам. Которые кстати, теперь нужно изменять, ввиду того что мне невозможно покинуть мир самым простым путём- всё-таки мне отныне тут жить. Даже не верится, что это не сон, а реальность.
-Найтмер Мун! Зачем ты вернулась?! -вышла вперёд знакомая уже лавандовая единорожка.
-Как будто у меня был выбор,- из последних сил огрызнулся я на эту глупышку. И уже тише для себя. -Зараза, даже помереть не могу. За что мне это проклятье?
Они меня боятся, и их страх витает вокруг них словно лёгкая дымка. Но к страху примешивается мерзкое отвращение, от чего мне только хуже. Хотя чего я ожидал? Цветов и песен? Тем более что сейчас от меня тьмой разит на километры, словно от вне рангового демона. Или тёмного бога, если проще. Всё-таки я поглотил кучу кошмаров со всего мира, а это очень много даже по планетарным меркам. Вырвись тьма из меня разом, то на сотни километров вокруг не выжило бы ничего. Разве что личности: вроде сестры, или Сомбры в расцвете сил.
-Ладно, счастливо оставаться,- разворачиваюсь и медленно иду к речушке. На большее просто нет сил, ни магических, ни моральных. Слишком уж вымотала меня эта охота и внутренняя борьба с чужой тьмой. Может, хоть там меня никто не будет трогать, и я смогу переварить всю эту тьму в покое. Сил ни на что кроме удержания её внутри себя просто нет. Каждый шаг даётся с трудом, крылья волочатся по земле, оставляя на ней шрамы тьмы в виде полностью погибшей растительности, для которой даже такая малость смертельна. Хорошо, что солнце обжигает мне спину, медленно выжигая тьму из меня, и помогая естественному процессу переработки. Заодно зачистит мой след до вечера.
Одним прыжком забравшись на булыжник посреди неширокого журчащего потока, я деформировал камень, как тысячи раз до этого, создавая себе уютную лежанку, и тупо уставился на текущую воду. Мысли текли вяло и неохотно. Тело, пропитанное тьмой, протестовало как могло, стремясь избавить меня от неё поскорее. Но разум удерживал тьму внутри, не давая ей просочиться наружу.
Носители Элементов устроились на бережку и пристально наблюдали за мною, тихонько обсуждая происходящее. Так странно видеть их после тысячи лет одиночества. Видеть тех, ради кого я сражаюсь каждую ночь с кошмарами. Тех, кто может просто жить и радоваться жизни, не подозревая о них. Они думают, что плохие сны всего лишь... сны. Наивные дети.
Так могло быть, если бы не магия, которая изливается в мир снов благодаря эмоциям магических существ. Поэтому кошмары и насылают их на бедолаг ради получения большего количества силы. Если же этих паразитов не уничтожать, то рано или поздно из относительно безобидных кошмарчиков родится разумная сущность, которая начнёт жрать себе подобных, тем самым развиваясь, качественно и количественно преображаясь в демона, которого не так-то и просто найти среди снов и, тем более, окончательно уничтожить. Эта пакость к тому же начинает помимо роста собирать себе свиту из кошмаров поменьше, которые уже начинают воеводствовать осмысленно. Что естественно, доставляет огромные проблемы, сводя с ума разумных и извращая их разум, превращая их в чудовищ, жаждущих нести страдания остальным, ради ещё большей силы.
