Между прочим, рассказывал он все именно в таких словах и выражениях. Позже божество созналось, что ему пришлось привлекать специалистов из бессмертных, для создания новой концепции — вот и нахватался от них всякого.
Ой, ни много ни мало, решил стать покровителем не только ремесленников и мастерового люда, но и всех тех, кто пользуется их изделиями. Дело в том, что «обычные боги» (с его слов) могут наделить изделие дополнительными свойствами, улучшить его, вдохновить творца на создание чего-то особенного по своему профилю. А мастер-ломастер все это мог сломать, испортить, ухудшить по качеству. Или, следуя новой концепции народного любимца — гарантировать, что этого не произойдет.
Да-да. Некто весьма башковитый посоветовал Ойю не вмешиваться, а наоборот — своим полным бездействием обеспечить высокий уровень качества изделий. Даже с некоторой гарантией надежности и бесперебойной работы предмета! Любого, от магического свитка или зелья до доспеха или арбалета.
Но, помимо создания положительного образа и репутации, бессмертный посоветовал ему работать также в противоположном направлении: очернять и ослаблять своих прямых конкурентов. В общем, узнаю наших славных рекламистов и политологов в действии!
Для этой миссии ему и понадобился Осквернитель, то есть я.
— Осквернителем нужно родиться. Или совершить нечто вроде подвига, пять раз совершив акт осквернения! — многозначительно объяснил бог.
— Ничего не понятно.
— Ты ухитрился проделать это трижды. Алтарь Амалии, храм Менкаура и место поклонения какому-то болотному духу. Еще парочка таких же выходок, и мир сможет приветствовать еще одного Осквернителя. Тебя.
— Еще одного… А почему ты не пытался договориться с другими?
— Пробовал, — Ой печально вздохнул, — Не верят они в мой потенциал и открывающиеся перспективы. Но ты — ты бессмертный! Ты смотришь в будущее и живешь мечтами! А еще вы жадные…
— Очень, очень жадные, — не стал я его разочаровывать.
Со стороны коротышки послышался еще более печальный вздох.
— Итак. Твой интерес понятен. Ты хочешь с моей помощью прижать конкурентов. А что с этого получу я? Единственный и неповторимый Осквернитель?
— Разумеется, мою дружбу и уважение! — оскорбленно заявил Ой.
— Уважаемый Ойельфифинелль, — по буквам внимательно прочитал я из лога его полное имя, — Вы не бабка базарная, а бог! Прогрессивно мыслящий бог с огромным, хоть и недооцененным потенциалом. Из Круга Силы, между прочим…
— Из самых нижних строк рейтинга, — напомнил он.
— Итак, чем может одарить будущий покровитель всех мастеров, творцов и ремесленников, а также путников, воинов, магов и ученых скромного Осквернителя за его уникальные таланты?
Гремлин в третий раз изобразил печальный вздох, а я уселся поудобнее и приготовился внимательно слушать его щедрое предложение…
Гремлин разительно отличался от Нааму. Активный, подвижный не только физически, он и мыслил совершенно иначе. Шире, прогрессивнее, Ой ставил непростые цели и искал пути их достижения. Интересно, это непомерные амбиции и живой ум помогли «ломастеру» выбиться в Круг Силы и замахнуться на большее, или наоборот его ИскИн стал мыслить более сложными категориями, заполучив дополнительные мощности?
В любом случае, у него было что мне предложить, а у меня — приличный список того, что хотелось бы получить от этого амбициозного божка.
— Итак?
— Не волнуйся, жрец, не обижу. У меня далеко идущие планы, и мне куда проще осыпать тебя золотом, чем обхаживать урожденных Осквернителей и убеждать их сунуть голову в петлю.
— Так. Стоп. А вот на этом давай остановимся поподробнее. Чем я рискую, соглашаясь?
— С учетом того, что ты бессмертный, то ничем.
— Я итак попал в немилость к Амалии и Менкауру, и получить на свою голову еще несколько разъяренных богов из Круга мне совершенно не улыбается, сколько бы ты не предложил. Давай все выкладывай начистоту.
И он рассказал. По его словам, Осквернители были кем-то вроде святых наоборот. Но если святые могли простым возложением рук превратить обычный предмет или воду — в святую, то осквернители напротив, лишали алтари и священные места частички их силы, приводя к различного рода сбоям и неприятностям в их работе.
Разумеется, все двенадцать Осквернителей были высокоуровневыми «неписями». Востребованные, знающие свою — и весьма высокую — цену и совершенно зазнавшиеся типы, к услугам которых прибегали боги в своих закулисных войнах. Это были наемники, что-то вроде наших специалистов по черному пиару на политической арене. И, согласно Кодексу Наемников, никто не мог обвинять исполнителей в успешном выполнении заказа и мстить им.
Эта новость сняла парочку Гималаев с моих плеч: оказаться между божественным молотом и божественной наковальней совершенно не хотелось.
