Лорен Мэган, та самая, которая так вешалась мэтру Куперу на шею в прошлый свой визит, в полурасстёгнутом темно-лиловом с серебром бархатном платье бросила на кресло только что снятую дэвлинскую рубашку, а потом снова обвила его шею руками, прижимаясь всем телом, зарываясь тонкими пальцами в распущенные темные волосы. И целовала, долго, сладко, опустив длинные черные ресницы, не замечая больше ничего вокруг. То есть, делая именно то, чего больше всего хотелось мне. О как.
И это после всего, что было на турнире.
Потрясающе.
Его ладони, не торопясь, ласкали ее белую кожу, легко и со знанием дела справляясь со шнуровкой корсета и постепенно освобождая женщину от одежды. А когда лиловый бархат бесшумно соскользнул на пол, он легко подхватил ее на руки и, сделав пару шагов, мягко опустил на кровать. Я резко отвернулась от окна, прижавшись спиной к стене Замка, когда мужчина, от которого я сходила с ума, расстегнул пряжку своего ремня.
Делать тут больше было нечего. Кровь прилила к щекам, я развернулась и медленно, будто во сне, пытаясь не свалиться на черно-красные плиты двора, добрела до своего окна. Потом перелезла через подоконник и молча села на кровать. Голова была пустая, как большой колокол, только чуть звенело в ушах. В горле стоял ком, было ощущение, будто я проглотила, не запивая, большую пилюлю, и теперь она там застряла. Может, стоит разреветься? Да нет, что-то не хочется. Дальше я воспринимала вечер только отдельными кадрами, временами напрочь выпадая из реальности.
Через какое-то время, например, я обнаружила, что Шепот разговаривает с Эриком, обсуждая что-то про Моро и стройки. Рыжий быстро понял, что со мной что-то сильно не так, но выяснять, что именно, не стал, списал все на сегодняшнее нападение и оставил меня отдыхать.
Потом зашел Вэль с картой зараженного Хаосом города. Специалист по боям в городских условиях хотел порассуждать вслух. Я честно попыталась воспринять, но только головой кивала и поддакивала, не понимая почти ничего. В итоге альфар поблагодарил за то, что я такой благодарный слушатель и ушел искать Эрика – изложить первый набросок плана.
Я сидела на кровати, опираясь локтями о колени, и смотрела в стенку. Стенка была забавная. Приятного нежно-зеленого цвета. Волшебные светильники не горели, и тени от свечи танцевали на ней что-то такое горячее и рондское.
Через какое-то время я поняла, что снова не одна в комнате. В кресле совершенно неподвижно сидел Дэвлин, еще больше чем обычно напоминая изваяние, только глаза чуть сверкали в оранжевом свете свечи. Он был полностью одет, аккуратно причесан, и ничто в его виде не наталкивало на мысль, что он только что из чьей-то кровати.
Нервный непрошеный смешок вырвался у меня перед тем, как я посмотрела куда-то в сторону, вообще не желая разговаривать.
– Графиня, – тихо и холодно проговорил мэтр Купер, – вам никогда не говорили, что не подобает дворянке заглядывать в окна? Что за детские развлечения?
– Прости. Я, наверное, уеду завтра, – боги, это голос или шелест последнего опадающего листа?
– Серьезно? Тогда у меня только два вопроса: куда и зачем?
– Праздничная неделя скоро, поживу у родителей.
– А если за тобой снова явится виконтесса Леми? Или еще кто-то? Ты за семью больше не волнуешься?
Я вздохнула. Он прав, идти мне отсюда некуда, но и оставаться дольше – невозможно. Никогда в жизни я не ощущала ничего подобного. Так вот ты какое, зеленоглазое чудовище, приятно познакомиться. Больше всего хотелось выкинуть что-то невероятно глупое, дурацкое, что бы хотя бы как-то разозлить этого мертвячьего демона.
– Крис, что вообще случилось? – поинтересовался он, наконец, так и не шевельнувшись в кресле.
– Ничего.
– Кларисса чем-то тебя успела зацепить? Проклятие какое-то или что? Я на первый взгляд ничего не ощущаю, и не понимаю, что с тобой творится.
– А что со мной творится?
– Эмоции, – лаконично ответил мэтр Купер, – если бы Замок не экранировал и их тоже, на этот всплеск стянулись бы все голодные сущности с округи, поэтому спрошу еще раз, дело в некромантке?
– Нет, она не успела ничего мне сделать.
– Тогда в чем дело? – голос уже мог бы заморозить океан на пару метров вглубь вместе рыбами и водорослями.
Я наклонила голову, посмотрев наконец ему в глаза. «Ненавижу!» – выстукивало дробью сердце. Как же я тебя ненавижу. Как ты вообще можешь так со мной поступать?
– Ты переспал с Мэган? – я попробовала говорить ровно, но голос почему-то хрипел.
– Ты же сама все видела, – пожал он плечами, что, мол, за дурацкие вопросы?
– И?
– Что – и?
Я вскочила на ноги, не в силах больше сидеть. Желание ударить, причинить хоть какую-то боль в ответ было почти невыносимым.
– Ты – не понимаешь? Серьезно?
Но он действительно не понимал. И ему даже не было интересно, он просто хотел побыстрее разузнать, что нужно сделать, чтобы привести меня в порядок и вернуться к своим делам.
– Да ревную я! – сама собой взорвалась тишина, пока я принялась бегать по комнате. – Ведь еще и двух дней не прошло!
Дэвлин покачал головой – первое движение, доказывающее, что передо мной все же живое существо.
