Боги нового тысячелетия полностью

Гора Салкантай возвышается на горизонте перед Мачу-Пикчу — высота ее 20 600 футов (6870 м), это одна из двух высочайших вершин в этом регионе. Эта гора считалась священной еще до инков, и местное население поклоняется ей и поныне. Она находится прямо к югу от камня Интиуатана.

Вершина горы Уайна-Пикчу расположена точно к северу от Мачу-Пикчу и возвышается над ней на 700 футов (233 м). Она находится в петле, описываемой рекой Урубамба. Вокруг горы тянется ущелье с крутыми стенами, с незапамятных времен известное как Ворота Салкантай, что свидетельствует о его тесной связи со священной горой. На вершине Уайна-Пикчу находится искусственная каменная платформа (ныне разрушенная); в камне вырезана канавка V-образной формы, ориентированная точно на юг — в сторону камня Интиуатана и отдаленной вершины Салкантай. Несколько ниже этой канавки находится еще одна треугольная платформа. Ее острие также указывает на юг.

На рис. 29 показано, как работают звездные часы Мачу-Пикчу. Прежде всего, необходимо было установить, какая именно звезда восходит над пиком Салкантай. Затем, в определенный момент года, нужно было сделать замеры, чтобы установить, насколько звезда сдвинулась влево в результате прецессии. Соседние горные вершины служат идеальными ориентирами, чтобы определять момент, когда отклонение звезд достигло определенной величины в градусах небесной окружности. Путем сопоставления этих наблюдений с солнечным или лунным календарем скорость прецессионных сдвигов может быть выражена в виде такого-то числа градусов за столько-то лет (эта величина составляет примерно 1 градус за 72 года. Вершина Салкантая не видна с Интиуатаны, и поэтому, нужно полагать, роль камня может быть двоякой. Во-первых, здесь, в соответствующем месте, могли храниться записи наблюдений за звездами, произведенных с Уайна-Пикчу. Во-вторых, он мог использоваться для точной корректировки астрономических приборов, применявшихся в Уайна-Пикчу. Я имею здесь в виду необходимость обеспечить точное измерение угла прецессионных смещений от исходного положения. Это могло достигаться при помощи электронного сигнала, подававшегося с Интиуатаны для подтверждения точного положения, зафиксированного в Уайна-Пикчу при предыдущих измерениях. Помимо этих двух функций Интиуатаны, следует отметить также, что на камне воспроизведен силуэт горы Уайна-Пикчу, так, что когда на него смотришь снизу, на склонах горы образуется контрастная светотень.

Что же в таком случае мы могли бы в заключение сказать относительно якобы солнечной ориентации Интиуатаны («Коновязь Солнца»), о чем говорилось в главе 5? В действительности значение такой солнечной ориентации нисколько не умаляется, поскольку один и тот же камень может совмещать в себе функции солнечной и звездной ориентации. И действительно, измерения годичного солнечного цикла могли быть очень важны для определения точного дня, когда велись наблюдения за звездами. Однако я все же должён подчеркнуть, что основной задачей Интиуатаны были наблюдения за звездами. И, таким образом, мы, вероятно, должны были бы назвать ее «Коновязью Звезд».

Священные традиции Мачу-Никчу служат весьма сильным аргументом в подтверждение моей теории звездных часов. Прежде всего, необходимо отметить, что инки их предшественники, жившие в Андах, поклонялись звездным образованиям в двух формах. Первые — это скопления звезд, которые они называли именами животных, так же как называются знаки зодиака. Второй вид звездных тел — это так называемые «темные облака», облака межзвездной пыли между главными звездами. Поклонение такому виду созвездий очень необычно и свидетельствует о повышенном интересе к отслеживанию прецессионных движение.

Названия прецессий, которые и ныне в ходу у инков, также чрезвычайно характерны. Одно из самых ярких созвездий, именующихся у нас «Скорпион», у них известно под именем «Змея, преображающаяся в Кондора» — возможно, это символизирует Мардука, улетающего в Вавилон или прилетающего из Вавилона. Примечательно, что на языке кечуа змея называется Amaru, что созвычно Amurru — «западные», как именовались аморитяне — сторонники Мардука (см. главу 10). С этим созвездием соседствовали альфа и бета Центавра, — эти звезды кечуа называли «Глазами ламы». Не имеется ли здесь в виду Мардук, наблюдающий и ожидающий, когда появится знак Барана — Овна, знаменующий начало его эры? Поистине поразительные совпадения.

Но самые убедительные аргументы в пользу концепции звездных часов Мачу-Пикчу приводит специалист по мифологии народов Анд — Иоган Райнхард. Он писал о символическом тексте священных традиций населения Перу и мимоходом обронил замечание, которое прозвучало для меня как подтверждение той картины, что изображена выше, на рис. 29: