Реальный мир представлял собой усыпанную попугаевыми перьями кухню, в которой имелась клетка с опавшим, но еще живым попугаем, плита, холодильник, кофейная машина, обеденно-компьютерный стол и собственно компьютер.
Хозяин кухни, мужчина среднего возраста, среднего роста и всего остального тоже среднего носил ничем не примечательное, под стать внешности, имя: Петр Алексеевич Кузнецов. Воспринимал он своё имя лишь как условное обозначение и давно перестал на него откликаться. Честно говоря, его никто и не окликал, кроме попугая.
Да и сам мир с некоторых пор носил формально-функциональный характер и большого значения не имел. Настоящая жизнь среднестатистического гражданина Кузнецова протекала в мире виртуальном. Ох, встретив его там, в сетевых дебрях, вы бы не узнали Петра Алексеевича!
С того момента, когда с протяжной нотой «до» оживал экран монитора, толстовато-рыхлый застенчивый человек в застёгнутой через пуговицу и попахивающей рубашке уступал место сетевому кумиру, мастеру-острослову, загадочному и обворожительному Локи!
Его побаивались и уважали на самых масштабных форумах, на него обижались, жаловались, ссылались. Мастер тонких провокаций, он без труда ловил на крючки своих постов крупных рыбин, обитающих в интернете, не говоря уже о тянущимся за рыбинами шлейфе мелюзги.
Хмуро-небритое аватар-лицо Дэвида Бэкхема непроизвольно окрашивало высказывания Локи в глубокие тона мужского шарма, поэтому в его хитросплетённые словесные сети попадалось немало живности женского рода. Чаще всего он великодушно отпускал ее на волю, прикормив парочкой поощрительных фраз.
Спорить с дамами он считал неоправданной жестокостью, кроме того, зачастую это было просто скучно. Женщина, как известно, может представлять исключительно сексуальный интерес, либо она неинтересна. И наоборот: неинтересная в разговоре женщина — несексуальна.
Тем не менее, наблюдение за этим классом иногда забавляло Локи.
Поскольку развитие женской личности напрямую зависит от количества прожитых ею лет, Локи делил форумчанок прежде всего по возрастному признаку на пять основных категорий:
Юная дева, полная надежд и направленного в мужскую сторону оптимизма. Подчиняясь самочьему инстинкту, она носит макияж доброты и уступчивости, лишь изредка надувая губки и премило топая ножкой.
Цинизму взрослых бросает вызов в виде кратковременных несогласий, завязанных аккуратными бантиками. Больше для красоты, чем из чувства противоречия.
Женщина в расцвете лет. Эта частично растратила оптимизм и приобрела едва заметные межбровные морщинки. Всё же неплохо держится, умело компенсируя первые потери красоты поднакопленным жизненным опытом, который пока что умещается в не слишком тяжёлую ручную кладь.
Самый многообещающий и широко разветвлённый вид, но с короткой продолжительностью жизни. Торопись такую ловить, пока не уплыла в мутные воды следующей категории:
Опасный возраст. Шаткая серединка весов: «девочка-старушка». С одной стороны — бездна безвозвратно ушедшего, с другой — пропасть ненавистно-неизбежного. В одну сторону сделать шаг уже не удаётся, в другую — пока не хочется. Неопределённость сердит. А сердитая женщина мстит. Честностью. С такой лучше не связываться. Не отстанет, пока не выведет на «чистую воду».
Эта сделала шаг, смирилась, успокоилась и подобрела. Она — как мать: ни опасности, ни сексуального интереса не представляет.
Не важно, сколько ей лет.
В ее мозг намертво врос упавший туда когда-то монолит «любовь-спасёт-мир». Не причиняя ей никакого вреда, он мирно сосуществует с неиссякаемой «кошачьей» темой, которая перестанет волновать «деву» только в глубокой старости, когда бабулька полностью забудет значение слов.
В компьютере «Вечной девы» можно найти тщательно рассортированные подборки крылатых фраз, милых усатых мордашек, MP3 файлов с мантрами просветления… Брр.
Лишь представительницы второй категории удостаивались более пристального внимания привередливого Локи, но и они в конце концов безжалостно отсеивались, не дотягивая до его стандартов. Слишком прозрачны, слишком предсказуемы…
Каждое новое сулившее удовольствие знакомство с интернет-дамой неизбежно оборачивалось пустыми хлопотами.
До тех пор, пока на его блог-страничку не вышла она — чуть-чуть печальная, но не разучившаяся смеяться, нежная и умная… Неподражаемая Апата.
