– Я на все согласен, – Марк поднял руки, демонстрируя капитуляцию, – Вообще говоря, я просто надеюсь за счет твоих жен разнообразить свои сны. А то надоело и днем, и ночью играть с тобой в шахматы… – он хмыкнул и решительно двинулся вперед, слегка обгоняя султана.
За последнюю неделю сны его и в самом деле обрели довольно явственный оттенок затасканности и серой скуки. Пол, силясь развлечь гостя, все пытался обучить его какой-нибудь настольной игре, приволакивал то нарды, то шахматы, то шашки и, при учете того, что кроме шахмат парню пока ничего не давалось, веселил игрой в последние. Шахматы Марку осточертели до зубного скрежета и, вероятно, именно по этой причине, уже третью ночь являлись ему и во снах.
Мужчина вздохнул и, прибавив шагу, поспешил нагнать прыткого приятеля, дабы не позволить ему совершить чего-нибудь глупого и опрометчивого.
«Колизей» находился относительно недалеко и, ввиду быстрого шага, который Марк, к тому же, так и норовил ускорить, добрались они до него довольно скоро. Журналист замер, осторожно подкрадываясь к кустам, растущим по бокам от водопада и, вытянув шею, постарался заглянуть в проем, скрытый массой ниспадающей воды. Султан, не желая оставлять парня ни на секунду, последовал его примеру. Подсматривать за собственными женами ему еще не доводилось и, говоря откровенно, необычность и непривычность этого занятия мужчину интриговала.
Из-за стены, пробиваясь сквозь шум водопада, донесся веселый звонкий смех, рассыпавшийся вокруг сотней серебристых отголосков.
– Да-да, тот сероглазый красавец! – смеясь, проговорила, на удивление, по-английски, какая-то девушка, обращаясь, видимо, к другой, – Я его видела как-то мельком – картинка!
– Еще скажи, что он лучше господина, – фыркнула в ответ другая. Первая вновь весело рассмеялась.
– Не берусь судить, но он… – она неожиданно перешла на неизвестный Марку язык, и парень, приосанившийся, было, снова ссутулил плечи. Тем не менее, беседы девушек о, без сомнения, его персоне, ему польстили.
– Слышал? – он ухмыльнулся, подмигивая стоящему рядом султану, – Похоже, твои жены готовы уйти ко мне.
– Тогда вас казнят всех вместе, – меланхолично отозвался Пол и, бросив взгляд на несколько размытые водой женские фигуры, поморщился, – Пойдем?
– Но я же их еще не видел! – «сероглазый красавец», крайне недовольный попытками так скоро нарушить его полное удовольствия созерцание, чуть сильнее вытянул шею, – Сейчас, я только… – голос у него пропал.
Совсем рядом с проемом, за которым он прятался, прошла девушка и молодой человек, глупо заулыбавшись, как-то сразу забыл, что собирался сказать.
Красавица, не заметив его, мимолетно провела тонкими пальчиками по воде, набравшейся в подобие маленького бассейна с той стороны, и удалилась. Марк, не скрывая восхищенной улыбки, проводил ее взглядом.
Его спутник, значительно больше следящий за самим юношей, чем за девушками, коих видел многократно, сморщился, будто прожевав до крайности горькую таблетку. Столь явный интерес Марка к его женам султану не нравился, причем не столько по причине естественной в такой ситуации ревности собственника, сколько из-за беспокойства за жизнь и здоровье глупого наблюдателя.
Время длилось и длилось, совершенно не собираясь заканчиваться. Пол, скрестив руки на груди, созерцал Марка, а тот, восторженный, как мальчишка, не мог оторвать взгляда от скрытых за пеленой воды девушек. В целом, реакция его была закономерна и вполне объяснима – в гареме султана действительно были собраны самые прекрасные цветы со всех концов земли, но самому венценосному господину ситуация нравилась все меньше и меньше. Каждую секунду он опасался, что стража, призванная ограждать от посягательств этих женщин и девушек, обнаружит здесь двух любопытных; каждое мгновение вздрагивал от любого мимолетного звука.
– Кто это?.. – голос Марка, прозвучавший уже не столько восторженно, сколько растерянно и тихо, вырвал его из невеселых размышлений о том, то случится, если их схватят.
