А что, собственно говоря, значит «быть героем»? Герой – это не тот, кто забил шестьсот голов на матчах за всю свою жизнь. Герой посвящает свою жизнь какому-то важному делу или отдает ее за других людей. Героизм и самопожертвование женщины в том, что, исполняя роль жены и представляя единое целое со своим мужем, она спускается в подземный мир вместе с ним и дарует ему вечную жизнь. Этот мотив звучит в великой истории о подземном путешествии Иштар, которая хочет вернуть своего мужа Таммуза в мир живых. Это великий миф о Богине, спустившейся в подземный мир, чтобы принести дар вечной жизни себе и своему мужу. В основе древних традиций лежит образ женского предназначения быть не только создательницей космоса, но и спасительницей внутри этого космоса.
Рис. 49. Головной убор принесенной в жертву царицы Пуаби (золото, шумерская культура, Ирак, 2500 лет до н. э.)
Одно из древнейших письменных изложений сказаний о странствии героя – возможно, созданное до эпоса о Гильгамеше, – шумерский миф о том, как небесная богиня Инанна спустилась в подземный мир.[80] История про «Нисхождение Инанны» была высечена на табличках, относящихся к 1750 г. до н. э.; они пролежали в земле около 4000 лет в руинах Ниппура, культурного и духовного центра шумеров.[81]
Рис. 50. Инанна (терракота, шумерская культура, Ирак, 2300–2000 гг. до н. э.)
На каждом из семи порогов в подземный мир Инанна должна что-либо снять с себя (одежду или украшение), поэтому она прибывает в царство своей сестры нагой, лишенной всех земных одежд. Когда она, в конце концов, достигает самых глубин, ее сестра Эрешкигаль, повелительница подземного мира, убивает ее «смертельным взглядом» и крюком подвешивает труп на столбе на три дня.
Когда Инанна не вернулась из подземного мира, ее служитель Ниншубур обращается за помощью к Энки, богу ремесел. Он отправляет в подземный мир своих слуг. Когда те спустились в подземный мир, Эрешкигаль страдала от родовых схваток. Они пожалели ее, и она в награду отдала им труп Инанны. Инанну оживили, и она поднялась в верхний мир, где все оплакивали ее исчезновение – кроме ее мужа Думузи. Поскольку вместо себя Инанна должна была отправить кого-то в загробный мир, она выбирает для этого Думузи.
Начало бронзового века, безусловно, было ознаменовано вторжением захватчиков, которые принесли с собой свое оружие и свои мифологии.
В Месопотамии это были семиты-аккадцы.
Рис. 51. Саргон из Аккада (бронза, шумерская культура, Ирак, 2300 лет до н. э.)
Первым великим семитским правителем был Саргон I, правивший примерно в 2300 г. до н. э. История его жизни звучит знакомо: его мать была простолюдинкой и жила у реки. Когда у нее родился сын, она сплела маленькую корзинку из камышовых листьев и промазала ее смолой, чтобы та не промокала. Потом она положила туда своего младенца и пустила корзинку по реке, вниз по течению, вдаль, к царским садам.
Младенца нашел и воспитал царский садовник. Когда мальчик вырос, то стал возлюбленным богини Иштар. Царь с уважением относился к нему, и в конце концов тот стал Саргоном I.
Рис. 52. Хаммурапи получает кодекс законов от бога Шамаша (резьба по граниту, Вавилон, Ирак, 1780 г. до н. э.)
Хаммурапи правил новым городом-государством Вавилоном до своей смерти в 1750 г. до н. э. На одной из стел, где выбит текст его знаменитого кодекса законов (рис. 52), вы видите, как Хаммурапи получает эти законы от бога солнца Шамаша, от плеч которого расходятся солнечные лучи. В мифологиях воинственных народов мы впервые обнаруживаем, что солнце мужского рода, а луна – женского.
Правление Саргона (2300-е гг. до н. э.) и Хаммурапи (1793–1750 гг. до н. э.) знаменует вторжение мужских традиций в города-государства Месопотамии, куда из Сирийско-Арабской пустыни совершали набеги семиты.
Это были отчаянные воинственные народы. Они не обращались к звездам с вопросом: «Пришло ли мне время сойти в могилу?»; они делали так, чтобы туда отправился кто-то другой, и предлагали подземному миру дары вместо собственной жизни, оставаясь хозяевами положения.
