Однажды Сет отправился охотиться на кабана – вот он снова, наш хтонический друг-кабан, с клыками, обращенными к земле, воплощение смерти и воскрешения. Преследуя кабана в зарослях папируса, Сет обнаружил там Исиду с малышом Гором и тело Осириса. Он разорвал тело Осириса на пятнадцать кусков и расшвырял их по всем сторонам света.
И снова Исиде пришлось отправляться на поиски. На этот раз к ней присоединились Небетхет и маленький Анубис, мальчик с головой шакала, который стал вынюхивать, где же разбросаны куски тела Осириса. Они нашли четырнадцать кусков, но пятнадцатый – его гениталии – проглотила рыба. Так умерший Осирис стал ассоциироваться с удобрением египетской земли, которое происходит всякий раз, когда разливается Нил. Когда Исида собрала все части тела Осириса, она забальзамировала тело.
Это был обряд воскрешения, возвращения к жизни. Когда египетские жрецы бальзамировали тела умерших, они надевали маску Анубиса и воспроизводили все события этого мифа.[87] В странствиях и ритуалах умершего именовали Осирис N («Осирис Джонс», например), а целью этих ритуалов было отправить Осириса Джонса к настоящему Осирису, чтобы тот признал в нем божественность, присущую и ему самому.
И вот Гор отправился сразиться с Сетом, чтобы отомстить за смерть своего отца, и в этом сражении потерял глаз. Поэтому Глаз Гора рассматривается в качестве жертвы, которая позволила Осирису воскреснуть и даровала ему бессмертие, и тогда Осирис стал судьей мертвых. Усопший фараон отождествлялся с Осирисом в подземном царстве, а живой фараон ассоциировался с Гором.
Когда люди умирали, их бальзамировали, точно так же, как и Осириса, и затем Анубис провожал их к весам, на одну чашу которых укладывали сердце умершего, а на другую – перышко (рис. 63). Перо символизирует духовность, а сердце – символ физического мира. Если сердце человека не тяжелее пера, то он считался достойным духовного бессмертия. Если же нет, то демон-аллигатор пожирал этого человека. Перышко на вершине колонны, которая поддерживает эти весы, принадлежит богине Ма-Ат, которая олицетворяет единство Космоса и его упорядоченность, те правила и законы, которые управляют Вселенной.
Рис. 63. Взвешивание сердца умершего (папирус, Новое Царство, Египет, 1317–1301 гг. до н. э.)
Рис. 64. Ма-Ат (раскрашенный барельеф, Египет эпохи Птолемеев, I в. до н. э.)
Рис. 65. Артемида (бронзовая скульптура, античная Греция, 330–320 гг. до н. э.)
Боги – это метафоры, открытые трансцендентному переживанию. Я понимаю под мифологическим кодом следующее: и богов, и людей нужно рассматривать именно как метафоры. Это их поэтическое понимание, в том смысле, который Гёте вложил в уста Фауста: «
В поэтических мифологических системах та сила, к которой человек обращается, представляет собой преувеличенное описание сил, свойственных самому человеку. Божество соответствует способности верующего переживать божественное и нести это в себе. Это отражение собственной позиции человека в иерархии духовных ценностей. Как гласит одно из изречений Чандогья-упанишады, созданной примерно в 900 г. до н. э. в Индии: «
