Джорджия О'Киффи, хорошо известная американская художница, оставалась воплощением Артемиды и в возрасте девяноста лет. Страстность, сильная воля и духовное родство с дикой природой Юго-Запада позволили ей достигнуть всего, к чему она стремилась. Те, кто говорят: «В отличие от большинства людей, я всегда знала, чего хочу», сами того не ведая, цитируют ее слова. Она полагала, что ее успеху способствовала некоторая доля агрессивности — способность «вцепиться» в желаемое. Подобно Артемиде, Джорджия О'Киффи безошибочно избирала себе цели в жизни и всегда добивалась своего.
Богиня Артемида скиталась там, где хотела, в окружении нимф, ею выбранных и делавших то, что нравилось ей. В отличие от других богинь, которых нередко преследовали, Артемида никогда не страдала. Наоборот, ни один из тех, кто ее когда-либо оскорбил или же угрожал кому-то из находившихся под ее покровительством, не смог избегнуть ее кары. Подобным образом, если женщина-Артемида и сталкивается с какими-то проблемами, страдает не она, а
Женщина-Артемида получает удовлетворение, если может вложить свою колоссальную энергию в работу, имеющую для нее большое значение. Она наслаждается переменами и, если над ней не довлеют архетипы Геры и/или Деметры, вопреки общественному мнению и аргументам родителей, не слишком интересуется семейным очагом. Хотя она избегает тесной эмоциональной близости и соответствующих обязательств, тем не менее ее связывают прочные и длительные сестринские отношения с друзьями — мужчинами и женщинами. Кроме того, она может получать огромное удовольствие от общения с детьми своих знакомых.
Отождествление с Артемидой формирует сильный женский характер. У женщины-Артемиды вырабатывается потребность принимать брошенный ей вызов и быть вовлеченной в важные для нее дела. В противном случае, не найдя себе применения, она теряет почву под ногами и в конечном счете впадает в депрессию. В такой ситуации оказались многие женщины-Артемиды после Второй мировой войны, в годы бума деторождаемости, когда они безуспешно пытались приспособиться к имеющимся в их распоряжении типично женским ролям.
Если мы вспомним, сколь разрушительной была сила Артемиды, направленная на ее недругов, нас не удивит, что бессознательное отождествление с этой богиней может выражаться в действиях, наносящих ущерб и причиняющих боль другим людям. В дальнейших разделах мы рассмотрим негативные аспекты архетипа Артемиды.
Мужчина интересен женщине-Артемиде лишь до тех пор, пока она испытывает потребность в
С мужской точки зрения, такие женщины напоминают русалок — прекрасных и в то же время холодных и бесчувственных. Аналитик-юнгианка Эстер Хардинг утверждает следующее: «Холодность Луны и бессердечность богини Луны символизируют этот аспект женской натуры. Несмотря на отсутствие теплоты и бессердечность, а отчасти, может быть, и благодаря безразличию женщины, ее обезличенный эротизм привлекает мужчин».
Женщина-Артемида может быть жестока по отношению к любящему ее мужчине, если он перестает ее интересовать. В таких случаях она обращается с ним так, как если бы он ей навязывался.
Разрушительную ипостась богини Артемиды символизирует посвященный ей неукротимый Калидонский кабан. Согласно мифам, она спускала его с привязи, когда была оскорблена.
В мифе говорится: «Глаза кабана сверкали кровью и огнем, его щетина торчала, как грозные копья, его клыки были подобны клыкам индийского слона. Он вытаптывал растущие хлеба, вырывал с корнем виноградные лозы и оливковые деревья и устраивал беспощадную резню, преследуя охваченных паникой овец и рогатый скот». Эта яркая картина разрушения — метафора женщины-Артемиды, вставшей на тропу войны.
Ярость Артемиды уступает только ярости Геры. Однако направленность гнева этих богинь и его причины различны. Женщина-Гера неистовствует и обрушивается на «другую женщину». Гнев Артемиды, вероятнее всего, будет направлен на конкретного мужчину или мужчин вообще, если те не выказывают должного уважения к ней самой или к тому, что для нее ценно.
