Харри перевел дыхание и нажал на кнопку звонка. Вообще-то вряд ли он сильно рисковал, но все же неплохо бы знать, с какой скоростью распространяется известие, что он объявлен в розыск. Так или иначе, а полицейские толклись здесь в любое время дня и ночи.
– Да? – услышал он голос в домофоне.
– Старший инспектор Харри Холе, – уверенно представился Харри и, как он надеялся, более или менее ясным взглядом посмотрел в объектив видеокамеры над воротами. – Я к Расколю Баксхету.
– Вас нет в списке.
– Разве? – возразил Харри. – Я просил Беату Лённ позвонить вам и включить меня в список. Сегодня вечером в десять часов. Можете спросить Расколя.
– Приемные часы закончились, так что, если вашего имени нет в списке, звоните завтра в рабочее время.
Харри решил зайти с другого бока:
– Как тебя зовут?
– Бойгсет. Но я не имею права…
– Послушай, Бойгсет. Речь идет о деталях важного дела, и я не могу ждать до завтра. Ты ведь слышал, как машины с включенными сиренами отъезжали вечером от Полицейского управления, верно?
– Ну да, но…
– Так что если не хочешь завтра объяснять журналистам, куда вы задевали список с моим именем, брось свои бюрократические замашки и включи здравый смысл. Тем более что кнопка прямо перед тобой, Бойгсет.
Харри уставился в пустой глазок видеокамеры. Тысяча один, тысяча два. Замок зажужжал.
