Неожиданный дождь хлынул, как благословение небес. Только что пересекший границу Этрурии, Ну́ма Помпи́лий заливал тихие холмы водой.
Рибелиус зашипел, каждая капля ранила, будто игла. Он чувствовал, как влага испаряется с поверхности его тела, обжигая по новой. Маг скрипнул зубами. И открыл глаза. В них стояла тьма. Полная безумия. Полная боли.
– Хром тебе! – Дита сурово дернула его за повязку на голове, вынудив запрокинуть подбородок вверх, и наказала властелина еще одним поцелуем. Настойчивым, глубоким. Она массировала языком его нёбо, сплетала языки, пересчитывала зубы, кусала и посасывала, пока Рибелиус не дрогнул и не дернулся ей навстречу. Его губы захватили её язык и смяли, пытаясь остановить пытку. Ему было больно.
Афродита вдохнула магию ему в глотку, заставляя проглотить, не упустить ни капли. Отстранилась, положила голову Рибелиуса к себе на колени и кивнула, позволив первому помощнику подойти ближе.
– То есть, спать с тобой не обязательно, чтобы восстановить резерв?! – Уточнил Гидеон, осторожно накрывая тело властелина плащом.
– Только Элиусу не говори об этом, – попросила Дита.
Гидеон пожал плечами и сел рядом.
Вокруг засуетились кочевники, сооружая навес прямо над властелином.
***
В полутьме походной палатки на десятке одеял, занимающих почти весь пол, лежали двое.
Они смотрели друг другу в глаза уже несколько часов и не шевелились. Ему каждое движение доставляло невыносимую боль. Она же следила за его сбивчивым дыханием и гадала, осталась ли цела душа под его обгоревшей кожей?
Увидев, что он пришел в себя, она хотела бежать за лекарем, но крепко сжатая ладонь её остановила. И она осталась лежать.
В глазах девушки застыло страдание, хотя на её теле не было ни одной царапины. Его губы кривились в улыбке, хотя он должен был кричать от боли.
Время текло вокруг, замирало и снова неслось в неизвестность.
«Сейчас» растянулось на тысячелетия. И это были самые быстрые часы в его жизни.
Он поднялся, девушка тут же оказалась рядом, поддерживая его за спину.
Он стряхнул её руки.
– Я не так слаб, как ты думаешь. – Сказали потрескавшиеся губы.
Дита размахнулась и ударила его в живот. Цепь, обмотавшая левое запястье, могла бы быть грозным оружием на поле боя. Её рука напоминала железную булаву из тысячи звеньев. Но он увернулся. Перехватил её кулак и заломил за спину.
– Я только пришел в себя, и уже испытываешь мое терпение? – Несколько ошметков его кожи спланировали к ногам.
– Ты без сознания валялся несколько дней!
В ее словах были и упрёк, и волнение, и обида, и страх, и радость.
– Ты не отходила от меня ни на шаг?
– Я спасла тебя!
– И теперь я должен боготворить тебя?
Он выпустил её. И она опять замахнулась. На этот раз он остался стоять на месте. Диты хватило на два удара. Увидев яркие алые пятна с кровоподтеками, что оставляла ее цепь на почерневшей коже, она тут же отступила. И отвернулась, приструняя злость и волнение.
Рибелиус поморщился. Медленно потянулся к ней, расстегнул ошейник, отбросил в сторону и недовольно осмотрел бывшую рабыню.
– Не боишься? – Дита потрогала шею. Такой свободы она не ощущала уже давно. Натертые полосы на коже неприятно болели.
– Ты могла убить меня. – Руки властелина откинули её волосы. Язык прошелся по кровавым следам. – Вместо этого, спасла…
Ранки пощипывало. Слюна демона исцеляла почти мгновенно.
– Я тебя пожалела. – Богиня приподняла подбородок, открывая своему мужчине доступ к цели.
– Я тебе нравлюсь. – Искушающее прошептал Рибелиус.
– Ты – самодовольный извращенец, – Зло огрызнулась Дита. – Но, признаю, нужен этому миру.
Всемогущий усмехнулся. Она не только спасла его, но и осталась рядом. Он победил.
– Ты в меня влюбилась. – Змеиная улыбка растеклась по его лицу. Зрачки расширились. Крылья носа раздулись в предвкушении. Рибелиус толкнул Диту на одеяла и навис сверху.
– Психованный камикадзе, – зло стукнула она его по груди кулаком.
Он весь – одна открытая рана. Боль пронизывала насквозь, особенно в том месте, где Дита касалась его. Но от этого возбуждение только росло.
Рибелиус прошелся еще раз языком по ее шее. Теперь это уже напоминало поцелуи.
– Ты меня любишь, – змеиная улыбка стала еще шире.
– Тебе от иссушения, мозги выжгло! – Дита наслаждалась процессом. Ее темный властелин жив и даже не свихнулся окончательно. – С чего вдруг такая озабоченность?
Рибелиус внезапно дернул головой и завалился на бок. Дита приподнялась на локтях, тронула его за подбородок, заставляя посмотреть на нее. В его глазах опять клубилась тьма. Кожа на груди лопнула и сочилась кровью.
– Я уже говорила тебе, что нельзя одному пытаться уложить всю армию противника? – Недовольно упрекнула она.
Но Рибелиус уже потерял сознание.
