Я лежала на своей кровати в общежитии с закрытыми глазами, вспоминала прошедшую ночь и ощущала, как внутри растет ярость. Это чувство превращало тело в сжатую пружину, готовую разжаться в любой момент. Да, кажется, я таким образом проспала начало первой пары в универе, но это сейчас меня волновало в последнюю очередь. Матей, Матей, все-таки ты действительно очень молодой Бог и ничего не смыслишь в отношениях между мужчиной и женщиной…
А все ведь так хорошо начиналось! Он показал мне Адельтерру и я влюбилась в эту планету, да ее невозможно не полюбить! Мягкий климат почти везде, живописнейшая природа, нисколько не испорченная урбанизацией. Кроме людей, здесь живут еще эльфы, гномы, оборотни и разумные звери! А еще дракошки! Матей познакомил меня с Кэторин и ее отцом, Снежным ветром. И мы сразу же подружились. Оказалось, что Кэт внучка моей Мэл!
А какой здесь воздух, небо! А травы! И самое главное — атмосфера взаимоотношений между гражданами. Я не видела на улицах ни одного угрюмого лица. Все очень доброжелательны друг к другу, а еще чувствуется какое-то всеобщее воодушевление. Каждый занимается своим делом, но сразу видно, что это дело по душе. Матей сказал, что во всем этом большая заслуга его матери.
А потом… потом он привел меня на берег того самого озера. Взял за руки, долго молчал, а когда все же заговорил… Нет, поначалу мне все очень даже нравилось. Матей говорил о том, что чувствует ко мне, что хотел бы связать наши жизни… И только я вознамерилась сказать что-то в ответ, как он вдруг заявляет, что не имеет права ломать мою судьбу! Опомнился! Видите ли, я землянка и может быть я хочу жить на Земле, а не на Адельтерре. И что вдвоем жизнь нам предстоит вечная, а жить с богом совсем непросто. А если мне надоест, наскучит, захочется на Землю? А если я когда-нибудь пожалею о том, что не прожила отведенные мне годы на Земле? И он решил, что необходимо дать мне шанс на нормальную земную жизнь. То есть, подкорректировать память, как будто ничего этого не было, и вернуть на Землю. Я вспылила. Мы поругались и в итоге я в сердцах выпалила, что мол, давай, корректируй, раз ты все решил за меня, потому что именно такая постановка вопроса меня и не устраивает! Он тяжело вздохнул и приложил ладони к моим вискам. Последнее, что я помню — его грустные глаза, синие с фиолетовым ободком. Проснулась уже в общежитии. Усыпил, переместил, даже частично раздел и в кровать уложил. Только вот с памятью промашка вышла. Я все помню!
— Маруська! Чего разлеглась? Мы в универ опоздали!!! — дверь в комнату распахнулась и в нее влетел ураган по имени Света.
Я немедленно открыла глаза и, зло отшвырнув одеяло, вскочила сразу на ноги.
— Да леший с этим универом!
— Марусь, ты чего? — подруга от неожиданности села на ближайший стул.
— Ничего! — я возбужденно прошлась взад-вперед по комнате. И слегка поморщившись, призналась: — С Матеем поругались.
— С кем??? У тебя кто-то появился, а я не знаю??? — Светка аж подпрыгнула на стуле.
— Свет, ты чего? — я резко остановилась и недоуменно уставилась на нее. — Ты его прекрасно знаешь. Матей Эльдарович Новиков, аспирант нашей кафедры. Мы еще спорили, что он меня на Дне всех влюбленных поцеловать должен!
— Марусь, — Светка странно на меня покосилась. — Конечно, аспирант Новиков на кафедре есть, но никакой он не Матей Эльдарович, а Матвей Эдуардович. И я его видела только один раз, на зачете…
— Поня-а-атно-о… — протянула я и села на кровать. — И тебе память подкорректировали…
— Ты вообще о чем? Маруся, ты меня пугаешь… — подруга почему-то покосилась на дверь.
— Та-ак, — я огляделась по сторонам. — А где этот прохвост? Спрятался?
— Кто? Здесь только мы с тобой… — Света совсем растерялась.
Я прикрыла глаза и глухо застонала от досады. Что же делать-то, а? Думай, думай… О! Меня осенило. Матей что-то там говорил про так называемый ментальный блок. Снять его можно, если спровоцировать особо яркое воспоминание. Попробуем…
— Свет, — я присела на корточки возле нее и заглянула в глаза. — Ты Лексуша помнишь?
— Лексуша? — переспросила она и нахмурилась.
— А Алекса? — продолжила я, не дожидаясь, пока она начнет все отрицать.
— А… лекса… — Света сначала округлила глаза, затем резко прищурилась. — А как же! Помню, еще как помню! — она усиленно закивала, затем встала с места и принялась ходить по комнате, бормоча себе под нос что-то вроде «Ну да, точно…» Вид у нее при этом был какой-то невменяемый. Если честно, я немного испугалась. Я ведь совсем не этот, как их называют, менталист. Действовала по наитию, вдруг что-то не так пошло? Но Света очень быстро прекратила хождение и взглянула на меня совсем по-другому:
— Что ты сказала? Вы с Матеем поругались???
Я тяжело вздохнула и, немного поколебавшись, рассказала Свете все. И про Матея, и про Адельтерру. Конечно, были опасения, что после такого откровения подруга покрутит пальцем у виска и пошлет меня к психиатру, но Света отреагировала вполне адекватно.
