Антонио поднялся и какое-то время просто стоял, отвернувшись к лабораторному столу, потом резко сгреб с него все отобранные колбочки в мусорное ведро и повернулся лицом к брату.
— У меня для тебя две новости, — сказал он, шумно выдохнув. — Как водится, хорошая и плохая. Даже две плохих.
— Я бы попросил начать с хорошей, — хмыкнул Миха.
— С хорошей… — задумчиво повторил Антонио. — Твой организм решил вырастить тебе новые ноги. Причину назвать не могу. Возможно, это связано с твоим новым местом жительства…
— А плохие новости? — перебил его Миха.
— Протезы надо было снять до начала процесса. Теперь твой организм использует их в качестве основы, внедряя живые клетки в металл. Мы просто не сможем их отстегнуть, соответственно, новые делать бессмысленно. Так что, эстетики тебе еще долго не видать.
— Да и леший с ней, — только отмахнулся Михаил. — Какая еще плохая новость?
— Процесс длительный, кровопотеря будет возрастать, боль будет усиливаться. Когда регенерация достигнет пяточной кости, ты не сможешь ходить. По идее, тебя надо погружать в медицинский стазис до завершения…
— Это невозможно, — снова перебил его Миха. — Я должен быть всегда в сознании!
Антонио кивнул, даже не спрашивая, почему и зачем брату так необходимо быть в сознании.
— Значит, будем обезболивать, — решительно сказал он. — Хотя… — он покачал головой, — я бы посоветовал тебе найти нормального целителя. Я годен лишь как диагност. Все, что могу тебе предложить — это химия и аутотренинг…
— Да потянет! Лучше скажи, сколько все это продлится?
— Месяц, не больше, надо последить за динамикой, чтобы сказать точно. Думаю, недели через три процесс дойдет до пяточной кости… Пообещай, что найдешь целителя?
Михаил поморщился и смерил брата тяжелым взглядом.
— И что мне может предложить нормальный, как ты выражаешься, целитель? Стазис? Я уже сказал, меня это не устраивает.
— Немедикаментозное обезболивание хотя бы, — Антонио нервно передернул плечами. — Попроси эту подружку свою с Адельтерры, она наверняка кого-нибудь знает…
— Знает, знает, — усмехнулся Миха и покачал головой. — Только я не хочу напрягать ее еще и этим. Вообще, как ты себе это представляешь? Парень к девушке такой приходит и говорит — «Слушай, я немного занемог, найди мне целителя, а?» Нет уж! — Миха непроизвольно скривился.
— Ты влюбился, — с легкой усмешкой констатировал Антонио. — Да, да, не отрицай. Впрочем, это даже к лучшему. Гормоны радости неплохо притупляют боль.
— Угу. Ты что-то говорил про аутотренинг.
— Да! — спохватился Антонио. — Регенерация всегда болезненна. Особенно такая масштабная, как в твоем случае. Но главное, что ты должен помнить — эта боль не может тебя убить. Формируются новые ткани, мышцы, кости, нервные окончания. Если в случае травмы или болезни боль сигнализирует о повреждении тканей, то при регенерации наоборот, о том, что процесс идет правильно. Ноги еще не самый болезненный вариант. Сложнее всего пережить регенерацию участков мозга. Вот здесь уж точно без стазиса не обойтись.
— Спасибо, успокоил, — хмыкнул Миха.
— Я пытаюсь сказать, что без стазиса в твоем случае обойтись сложно, но возможно, — Антонио повысил голос, начиная раздражаться. — Ты должен постоянно повторять себе это. И помнить, что боль на этот раз твой союзник! Радуйся ей, воспринимай как гонца, принесшего счастливые вести! Если будешь работать в этом ключе, то с большой вероятностью сможешь протянуть три недели без медикаментов. А там… посмотрим… я придумаю что-нибудь или ты все же найдешь целителя…
— Ладно, ладно, я все понял. Боль — ерунда, главное — результат, — быстро проговорил Миха и поднялся со стула. — Пора мне… Завтра приду.
Антонио сосредоточенно кивнул и было махнул брату рукой, прощаясь, но тут же окликнул его:
— Микаэл! Это ты забрал драконье яйцо, пока я спал? — Миха утвердительно кивнул в ответ, а брат спросил снова: — Где оно? В безопасности? — Миха снова кивнул. — Это хорошо, что ты его забрал, — взволнованно заговорил граф. — Оно и правда, как-то странно действует на меня. Не забывай обновлять заклинание стазиса, я тебе покажу как…
— Антон, — остановил его Миха и набрал воздуха в легкие, как будто хотел сообщить что-то важное. Но в итоге просто выдохнул: — Хорошо, я наложу заклинание на скорлупу… яйца.
— Спасибо, — Антонио поблагодарил его настолько искренне, что Миха невольно ощутил укор совести и поспешил исчезнуть из лаборатории, пока не наговорил лишнего.
В ядре его теперь уже родной планеты мирно посапывала ничего не подозревающая дракошка. Причем, возлежала она не просто так, а с полным комфортом — на плюшевой подушечке красивого розового цвета. Она выглядела настолько беззащитно и невинно, что Миха невольно расплылся в улыбке и, стараясь не шуметь, лег рядом. Какое-то время он любовался спящей, а потом закрыл глаза, решив попробовать аутотренинг. Но стоило ему сомкнуть веки, как жесткая поверхность под спиной вдруг сменилась чем-то мягким. Миха резко сел и с удивлением обнаружил себя на розовой подушке, точно такой же, на которой лежала дракошка, только размером в несколько раз побольше.
