Уже добрых полчаса мы ходили вдоль русла узкой, но достаточно глубокой реки в поисках брода — и не видели его в упор. Ребята из Братства говорили, что брод мы найдем сразу, потому как он тут один-единственный, и практически сразу за ним начинается более-менее удобный путь к перевалу. Путь спустя какое-то время мы нашли. Верной приметой являлась одинокая, слегка округлая в основании скала — и такая на противоположном берегу на десятки километров вокруг была только одна. А вот брода рядом не было. То ли данные Братства устарели и брод давно размыло, то ли здесь недавно прошли сильные дожди и реку сильно раздуло… черт его знает. В любом случае, топать вверх по течению в поисках удобного места для переправы не хотелось — не факт, что найдем, так еще и возвращаться потом придется. Но и лезть в ледяную реку… до свежести горных ручьев ей было, конечно, далеко, но температура у нее была крайне далека от приятной или хотя бы приемлемой. Да и течение довольно сильное… Ну хотя бы воспаление легких с нашей Закалкой схватить было нереально. Постояв минутку, с некоторой надеждой уточнил у напарницы:
— Никаких идей в голову не пришло?
— Неа, — печально ответила Диомеда. — Может, плот построить?
Я скептически оглядел окружающие нас предгорья. Относительно нормальный лес закончился еще часа два назад, а на местной каменистой почве остались лишь кустарники и редкие кривые деревца толщиной максимум в ладонь и ростом мне по грудь. Даже если их использовать для плота, то ни шест толковый не вырубить, ни весла… Возвращаться обратно? Терять время? Я плюнул и начал снимать рубаху.
— Идущие мы или как? Сейчас бы воды холодной бояться!
Сзади раздался тоскливый вздох, но я демонстративно его проигнорировал. Стянул штаны, закинул всю одежду в браслет и, оставшись в одном белье, оглянулся на раздевающуюся Диомеду с явственно алеющими щеками. После чего резко повернул голову обратно от негодующего крика.
— Не смотри!
Ладно-ладно, не так уж и хотелось… Невразумительно крякнув и, не дав себе времени на раскачку, я одним прыжком заскочил в воду, сразу погрузившись по пояс. Покачнулся, но справился с течением — сильное, но в пределах разумного. Еще несколько шагов — и вода бурлила уже на уровне ключиц. Ноги резко оторвало от дна, и течение начало сносить меня вниз. Все посторонние мысли из головы вылетели мгновенно, оставив лишь кучу непечатных выражений. В основном русских. Язык эрайнов на такие обороты беден.
Хлебнув воды от неожиданности, я крикнул, слегка повернув голову:
— Берегись течения!
И, завопив что-то невразумительное, рванул вперед, неумело, но мощно загребая воду по-собачьи. Никогда не умел технично плавать, но сейчас это неумение более чем компенсировалось моей нечеловеческой силой — скорость я сходу развил такую, будто мне в задницу мотор от катера запихали. Не особо мощный, но тем не менее…
— Оооооооооо! — раздался за спиной солидарный вопль напарницы.
Надеюсь, нам не сведет конечности судорогой посреди реки.
Это была бы очень глупая смерть.
Реку мы преодолели быстро — не такая уж она и широкая была. Правда, нас заметно снесло от скалы течением, а под конец, уже выбираясь из воды, Диомеда едва не поскользнулась на гладких камнях — хорошо еще, что я оказался рядом и успел в последний момент ухватить её за руку. Пока плыли в воде, как ни странно, успели немного разогреться, но, стоило выйти на воздух, как стало еще холоднее, чем было. Так что, не став задерживаться на берегу, мы быстро переоделись в ближайших кустах, скинув мокрое белье в браслеты, и рванули вверх по течению, пытаясь согреться бегом. Можно было и костерок запалить, конечно… но топливо собирать было бы слишком долго. У нас, конечно, было припасено топливо в браслетах — но оно требовалось потом, когда придется переночевать перед перевалом, где ни о какой растительности речь уже не шла. А так уже спустя минут пять мы более-менее разогрелись. И достаточно вовремя — потому что дальше передвигаться в таком быстром темпе не было никакой возможности.
