«Наш богослужебный устав – богодухновенное творение св. Церкви; все мелочи и детали так продуманы, что совершение богослужения по Типикону создает удивительную гармонию, полную глубокого смысла и красоты. Интерес к познанию Типикона показывает и духовность пастыря и его целеустремленность. Священник, небрегущий о богослужении, небрежет и о богоугождении, и, наоборот, истинное пастырство не сразу дает плод, но зато потом этот плод бывает и зрелый, и добротный: «Доброта благочестия…», «Доброта – красота, прочность, крепость, сила…» (Из письма протоиерея Ростислава Гана, 1975 г.)
В наши дни духовного упадка, когда на небольших приходах трудно собрать молящихся и певчих к вечерним службам,
священники, оправдывая себя этим оскудением, перестают служить всенощные под воскресные дни и, в лучшем случае, ограничиваются служением утрени перед литургией. Конечно, на этой утрени также отсутствуют богомольцы, не привыкшие к таким новым порядкам.
Интересное суждение по этому поводу находим в записях валаамского игумена Назария, которое и предлагаем благосклонному читателю.
По дороге в Воронежскую губернию, о. Назарий остановился однажды у одного священника. Когда пришло время для служения воскресной всенощной, священник объявил старцу, что он ее никогда не служит, так как храм бывает пуст и не для кого служить.
«Храм не может быть пуст, – отвечал старец, – в нем находится Ангел, блюститель престоля Господня. И, потом, если не придут прихожане, то придут Ангелы, Хранители душ их, ибо при всяком славословии Божием Ангелы первые бывают и сослужители и сословословители, и они бы наполнили вашу церковь. Если бы вы молились о пастве вашей, Господь повелел бы Ангелам возбуждать их души к молитве. Какой же ответ в день Страшного Суда дадите вы о погибели ее, когда не употребляете никаких мер для ее спасения?»
Может возникнуть такой вопрос: можно ли одному священнику, без чтецов и певцов, служить утреню, вечерню, обедню и другие службы? Авторитетный журнал «Руководство для Сельских Пастырей» дает такой ответ:
«Что касается вечерни, утрени и прочих вседневных служб, за исключением обедни, то можно, – само собой разумеется, в тех случаях, когда священник находится в церкви один, без предстоящих и желающих участвовать в молитве. Так делали многие святые угодники и подвижники.
Одного только священник не может и не должен делать при этом – произносить ектений, ибо в них предстоящие приглашаются к участию в общей молитве, – а предстоящих-то и нет. Если же в церкви находятся желающие выслушать ту или другую службу, то она должна быть совершаема обязательно с псаломщиком, как следует, по Уставу Церковному» (Р.д.с.п. 1885 г., № 35).
При отсутствии священника, ни диакон, ни псаломщик не могут совершать богослужения. В некоторых обителях по особому благословению вычитываются некоторые службы. Церковный Устав в некоторые дни года дозволяет отправлять иные службы, например: повечерие, полунощницу и др., – отправлять келейно, но отсюда еще никак нельзя заключать, что диакон или псаломщик может отправлять вечерню, утреню и обедницу в храме и притом так, как бы эти службы отправлялись священником.
Диакон, как прислуживающий только при совершении богослужения священником, не может без благословения и участия священника надеть на себя стихарь, не имеет права произносить ектении, совершать богослужения – ни под каким видом ему невозможно входить в роль отправителя той или другой церковной службы (Р.д.с.п. 1888 г., т. 1, 211).
Некоторые священники, имеющие право носить митры, камилавки и скуфии, часто не придерживаются единообразных правил о ношении головного убора на богослужениях. Заимствуем эти правила из авторитетного руководства для священнослужителей протоиерея А.Ф. Хойнацкого.
«В нашем Церковном Уставе, в числе других наставлений и правил, есть также и особая глава об “откровении глав” во время богослужения. Надобно знать, – говорится в этой главе, – что на литургии открываем свои головы: на входе, и на слышании Евангелия, и на херувимской песни великого входа и при произношении слов Христовых “Приимите, ядите…” и т. д., и на “Достойно есть”, “Отче наш”, и при появлении Св. Таин в конце обедни, и на входе на вечерни (Уст. Церк. гл. XXIX). Но это правило, как видно из Устава, относится к монахам, и притом к тем из них, которые не участвуют сами в отправлении богослужения, а только присутствуют при совершении его. Что касается священников, имеющих митры, камилавки и скуфии, то в употреблении их вообще принято соблюдать следующие правила:
