Милан. Столица моды – банально, но правда, к которой привыкли все. И Анна в том числе. Все одеты словно с иголочки. А если и не одеты словно с иголочки, то приехали или прилетели сюда одеться и обуться соответствующе. Стефан сразу заметил это. Будучи человеком не особо подкованным в плане моды, он пусть и не получил культурный шок, пребывая здесь, но явно был впечатлен не менее, когда впервые посетил Нью-Йорк. Но если Нью-Йорк брал количеством и размерами своего тотального извержения стиля и стилей друг в друге, то Милан дозировал его, делая акцент на деталях. Именно мода в деталях. Так подумал Стефан, когда Анна стала водить его по самым фешенебельным бутикам - строгим, разнообразным, дорогим. Он совершенно не понимал, как она ориентируется в этом пространстве. Поэтому, молча и терпеливо выносил это, понимая мужей тех дамочек, которые берут с собой своих супругов, чтобы те ходили с ними часами, выбирая одежду, словно мстя им за что-то.
Конечно, отчасти Стефан думал об этом иронично, поскольку понимал, что, во-первых, быть такой, как Анна Роккафорте – это титанический труд, который требует подобного вложения, а во-вторых – она не так уж и долго присматривается к вещам. Сравнительно быстро, даже. Как ни одна из женщин. Словно знает, чего хочет, и лишь допускает моментами глянуть на что-то новое, чтобы иметь ввиду.
Она была блистательна. И ее глаза горели не меньше при выборе вещей. Стефан понимал, что, действительно, возможно для нее лучшего времени провождения и не могло бы сейчас быть, с одной стороны. Раз она этого так хотела. Тем более, что с ним. Но с другой стороны, Стефану все еще было неудобно от мыслей, что он делает и как. Милан – красивый город. Но слишком, как для него. Ему бы серость Белвью. Или хотя бы вид на берег Сардинии, к которому он уже почти привык. К Милану не привык. Он его сковывал. И осознание непонимания стиля при виде такого количества вещей. Анна легко и быстро подбирала их себе, словно чувство стиля было в ней врожденным. Лишь раз она спросила Стефана, что думает он о платье, таком сексуальном, видимо, которое она решила купить специально для него. Стефан сказал, что ему нравится. Ему действительно нравилось. Он сказал это не потому, что не понимал, или хотел поскорее покончить с этим. Хоть и желание прекратить с бутиками в нем уже зудело второй час. Но когда Анна резко остановилась напротив витрины с мужскими костюмами, он понял, что она сейчас переключится на него. Собственно, это не стало для него сюрпризом.
- Как тебе он? – спросила она, смотря на один из них.
Стефан постарался угадать, на какой из костюмов смотрит Анна, что для него было делом достаточно сложным.
- Этот? Черный, приталенный, вытянутый у краев?
- Именно, - улыбнулась Анна от того, что он посмотрел на тот же костюм, который имела ввиду и она. - Ты должен его померить! Я прямо-таки вижу тебя в нем, и его на тебе! Словно, он твоя кожа!
- Ты думаешь? – скромно переспросил Стефан, не особо желая его мерить, хоть он ему и понравился.
Он уже представлял себе, сколько он стоит.
- Я уверена.
- Но…
- Что? Ты хочешь сказать, что у тебя уже есть костюм? Ты серьезно, считаешь тот затертый кусок ткани костюмом?
- Ладно, может быть не тот. Но тот, который ты мне пошила для бала…
- Тот для бала. Его раз надеть и выбросить. А этот будет на выход. В ресторан. На несколько раз хватит. Или ты хочешь надеть тот позорный символ американского кроя 70-х годов? Тогда, учти! Пойдешь в ресторан без меня! Без обид. Лишь мое честное мнение.
- Я понимаю, - без особых сопротивлений согласился Стефан, зная, что очередной раз она за ним ухаживает, лелеет, одевает, вечером покормит, а еще чуть позже воспользуется его способностью осчастливить женщину в постели.
И удручал его факт того, что с этим он поделать ничего не может. Карусель запущена, и теперь он вертится на ней с выбором: соскочить и убиться, или же ждать, пока она замедлит ход, и его самого не попросят. Выбор очевиден. И этот выбор придавал ему ощущение того, что он фикус. Сейчас он увидел его в этом бутике. Высокий, красивый цветок, который не помешало бы полить для большего успеха. Всего лишь.
Да, он цветок. Да, он молчит. Но он уготовил кое-что, как каждый цветок. Он распустится, когда придет время. Для нее. Она так обходительна с ним.
С удивлением для самого себя, Стефану было довольно приятно примерять костюм. Затем еще один, для сравнения. И еще один для надежности. Она заботилась о нем. Высматривала, какой будет сидеть лучше. Спрашивала Стефана, как чувствует он себя в том или ином костюме. И даже раз поцеловала его с тем азартом юной девы, что целует своего парня в примерочной. Как можно спорить с ней? Он полностью доверил ей выбор. И Анна не ошиблась.
