«Есть немного, – не стал скрывать Гаэр-аш. – Но я, полагаю, тебя утешит мысль, что твои ощущения, не идут ни в какое сравнение с моими».
Меня это не утешило.
«Что с планом отступников?» – умывшись в очередной раз, спросила я.
«Справляемся, – улыбка практически ушла из его голоса. – Но меня тревожит Ульгер Шерарн».
«Потому что один раз вы уже убили его?» – не удержалась от вопроса.
«И поэтому тоже… – секундная заминка и мрачное: – Проблема в том, что он фактически убил представителя эльфийского дипломатического посольства. Это едва ли можно назвать рядовым убийством- Ульгер опасный противник.»
Я вытерла лицо, медленно, палец за пальцем руки, и спросила:
«Вы сообщите лорду Эллохару о нанесении знака Рейташ?»
«Да. Ему и Рханэ. Успокоилась?»
Неуверенно пожала плечами.
И не поверила, едва услышала:
«В Мертвых боях будешь участвовать ты».
Я даже не стала спрашивать почему, все и так было предельно ясно – я на арене, все равно, что Гаэр-аш на арене.
«Примерно так, – подтвердил он».
«А Норт?.. – я не стала договаривать».
Ректор несколько секунд молчал, затем произнес:
«Разберемся».
В этом кратком ответе уверенности, всегда присущей лорду Гаэр-ашу не было. Но мы оба знали, что Норт скажет «нет». Просто нет. И я не знала как в принципе выйти из этой ситуации.
– Риа, – раздался голос Дастела из комнаты. – Нам уйти?
– Нет, – ответила я, роняя полотенце на пол.
Никаких новых ощущений при звуке его голоса я не испытала, только вернувшийся с прежней силой страх, за него и остальных. Гаэр-аш был прав – Ульгер Шерарн опасный противник, и, несмотря, на все наши преимущества, уверенности в победе у меня лично не было.
Когда я вышла из ванной обнаружила в своей комнате помимо ребят, еще Ташши, Людвига и Никаса. Вампиры приветственно махнули руками, практически синхронно, Ташши просто улыбнулся, но от его улыбки на сердце стало как-то теплее, Эдвин продолжал стоять у окна, рядом с ним оказался и Норт, только Дан продолжал восседать в кресле с видом как минимум владельца данной комнаты.
– Угадай, о чем я сейчас думаю? – вопросил он у меня.
– Как бы меня умыкнуть отсюда? – поинтересовалась, основываясь на прошлом опыте.
– Ага, – весело подтвердил Шей.
Улыбнувшись, я вернулась к шкафу, подняла оброненный рюкзак и… остановилась на мгновение. Фактически так если подумать, у меня в рюкзаке было все необходимое, с другой стороны я не была уверена в горелке, и если раньше могла бы поддержать ее пламя магически, то сейчас я не особо была уверена и в себе. Уверенность в принципе, кажется, окончательно покинула мою жизнь, и похоже возвращаться не собиралась.
– Риа, я хотел поговорить с тобой, – вдруг произнес Ташши.
– Через мой труп, – даже не взглянув на него, сказал Норт.
– Твой труп уже занят, – напомнила я.
– Кстати да, – подтвердил Дан.
– А в целом, как вам четверым осознание того, что на ваши останки у некоторых имеются планы? – поинтересовался Людвиг.
Вампиры оглядели четырех потенциальных умертвий, с видом крайне заинтересованных в прибыли гробовщиков, и Никас добавил:
– Ташшик, а ты какого цвета гроб предпочитаешь?
– Ты готов взять на себя организацию моих похорон? – иронично вопросил Танаэш.
– Это был бы крайне любопытный опыт, – задумчиво ответил Никас, и весело подмигнул мне.
– Мне засчитать это как приглашение на торжественный поминальный обед? – улыбнулась я.
– Выделю тебе лучшее место, – пообещал Блаэд. – Рядом с гробом, все как полагается. Только подожди, сейчас узнаю, какого цвета тебе платье заготовить. – И повернувшись к наследнику седьмого королевства: – Так чего? Ты определился с саркофагом?!
Величественно окинув вампира раздраженным взглядом, Ташши уточнил:
– Мне кажется, или изначально речь шла о гробе?
– Изначально шла, – не стал отрицать Никас. – Но у тебя такой вид, что будем откровенны – я не готов хоронить тебя в гробу – вылезешь же, гарантирую. Так что саркофаг. Ты уже определился с камнем?
Единственная определенность, которую выражал взгляд Ташши, говорил об определенном желании придушить некоторых клыкастых на месте.
– Да ладно, расслабься, гранит так гранит, – ничуть не испугался Никас. – Риюська, у тебя есть что-нибудь под гранит?
– Смотря под какой, – задумчиво отозвалась я.
Вампир, прислонился плечом к стене, почесал подбородок и невозмутимо поинтересовался:
– Гранит не серый, да?
– Цвета есть разные, – подтвердила я его худшие опасения.
И мы все посмотрели на Ташши. Ташши выглядел так, что вопрос про цвет задать никто не решился – чувство самосохранения присутствовало даже у вампиров.
– Я полагаю, вопрос про цвет похоронной емкости неактуален, – насмешливо произнес Эдвин. – Учитывая обстоятельства, рациональнее было бы осудить цвет погребальных урн.
Братья Блаэды переглянулись, и Никас, просияв наглой улыбкой, повернулся к наследнику седьмого королевства и невинно поинтересовался:
– Ташшик, а ты вазы какого цвета предпочитаешь?
