– Ты завтра позвони Галине? Скажи, я не смог связаться с ней. И передай, что командировка, мол, не опасная, сопровождение военных грузов в Сирию. Единственно, в Дамаске придется ждать обратного борта. В общем, успокой ее.
– Переживает?
– Да.
– Значит, любит!
– Так ты сделаешь, что прошу?
– Само собой. Часов в десять и позвоню. Только не поверит она мне.
– Знаю, но подсознательно твои слова на нее подействуют.
– Ты в психологию между боевыми выходами ударился?
– Нет, просто узнал Галю.
– Как будто Галя твоя какая-то особенная. Все бабы…
Седов прервал Крылова:
– Женщины, Толик, а не бабы.
– Какая разница? Все женщины одинаковы. Им дай соломинку, и они за нее держаться до конца будут.
К трапу подъехал «Мерседес» Белоногова.
Генерал вышел из машины. К нему направился Трепанов.
– Успел. Это хорошо.
Генерал взглянул на часы:
– Еще двадцать минут. Поднимемся на борт.
Пожав каждому офицеру руку и пожелав удачи, представитель России в «Совете шести» покинул самолет.
Трап отошел от лайнера. Экипаж вырулил на взлетно-посадочную полосу. Ровно в 7.00 московского времени, взревев двигателями, «ТУ-154» пробежал и взмыл в воздух, набирая высоту. Обойдя Москву и дождевые облака, экипаж взял курс на юго-восток.
«ТУ-154» совершил посадку в аэропорту алжирского города Константина ровно по расписанию, в 12.20 местного времени. Лайнер, вырулив со взлетно-посадочной полосы, остановился в стороне от аэропорта. Седов прошел в кабину пилотов, спросил:
– Почему не подкатили к аэропорту?
– А вы посмотрите вперед, – кивнул на стекло кабины командир экипажа.
Перед носом самолета, перегораживая бетонку, стоял открытый «Хаммер» с четырьмя вооруженными мужчинами в камуфлированной форме.
– А теперь направо, майор!
Седов повернул голову.
Слева от самолета стоял грузовик, набитый солдатами.
– Не слишком гостеприимно вас встречают, майор, – сказал помощник командира корабля, – остановили вдали от аэропорта, окружили, трап не подают. Похоже, мы вместе с вами поимеем серьезные проблемы.
– Сидите спокойно, я уточню обстановку.
– Учите, – повернулся к нему командир экипажа, – самолет накрыт колпаком радиопомех.
– Даже так? Но ничего, у нас спутниковые станции, которые разбивают подобные колпаки.
Седов вернулся в салон. Офицеры припали к иллюминаторам.
Коновалов поинтересовался:
– И что за дела, командир?
– Людей отведи от иллюминаторов, высунулись, как птенцы из гнезда?!
Коновалов отдал соответствующую команду, Седов же приказал Грачеву:
– Грач! Срочно связь с Центром!
– Есть, командир.
Старший лейтенант открыл чемодан, но набрать номер не успел. Где-то за бортом послышался рокот вертолета, а вскоре из пилотской кабины вышел командир экипажа:
– Ситуация изменилась, майор! На полосу сел вертолет без знаков различия, из него вышел какой-то человек, переговорил со старшим «Хаммера», солдаты уехали, а со стороны аэропорта к нам подают трап.
– Где сейчас человек из вертолета?
– Стоит под дверью.
– Он один вышел из вертолета?
– Да!
– Готовьтесь лететь обратно.
– Отдых черт с ним, но нам необходимо заправиться, чтобы горючки до Москвы хватило. Баки пусты.
– Решим этот вопрос.
К «ТУ-154» был подан трап. По нему поднялся человек из вертолета, стюардесса открыла дверь, в салон вошел довольно молодой человек в гражданском летнем костюме.
– Здравствуйте, господа, – поприветствовал он бойцов спецназа и экипаж на чистом русском языке, – извините за опоздание и как следствие некоторые неудобства при прибытии в Константину. Кто из вас господин Седой?
Командир отряда вышел вперед:
– Седой это я! Кто вы?
Ливиец взглянул на стюардессу. Та ушла в кабину пилотов.
– Я – Хасан Фархуни, помощник и секретарь Мухаммада Аль Дина.
– Очень приятно. Здравствуйте.
– Вы еще раз извините меня. Нам пришлось делать вынужденную посадку, оттого и прибыли сюда с опозданием.
– Я могу узнать причину вынужденной посадки?
– Сбои в работе навигационной системы, так доложил мне командир вертолета. Борттехник устранил неисправность, но на это потребовалось время.
– Нас будет проверять таможня?
Фархуни улыбнулся:
– Нет! Вас здесь не будет проверять никто. Господин Аль Дин решил все вопросы по линии Переходного национального Совета, являющегося в настоящее время правительством страны. Вы представлены как дипломатические сотрудники одной из стран Европы. Честно говоря, даже я не знаю, какой именно.
– Твой хозяин действительно влиятельная фигура, – перешел на «ты» Седов.
Фархуни не обратил на это внимания.
– Ну, скажем, не хозяин, рабов у нас нет, а полевой командир, так будет вернее. И в этом качестве да, он действительно пользуется и авторитетом, и влиянием. Как среди своих людей, так и повстанцев.
– Почему Аль Дин пошел против законного правительства?
– Господин Седой! Вам должны были разъяснить ситуацию с положением Аль Дина в Ливии.
– Ты можешь не отвечать на вопрос.
