– Значит, опять бежать? – с тихим вздохом спросила Василиса Тимофеевна… и никто из нас не нашел, чем ей возразить.
– Не бежать, – вдруг усмехнулся Хромов. – А уезжать! До отхода каравана осталось три дня, не забыли?
– У нас может не оказаться этих трех дней, – покачал я головой. – Стоит Брюхову доложить начальству о неудачных переговорах – и… я не знаю, как они могут отреагировать. А возможности у эфирников немалые.
– Так мы и не будем ждать их реакции, – с явным весельем в голосе проговорил Аристарх. А увидев наши непонимающие взгляды, хмыкнул. – Ну, подумайте! Почему караван уйдет не раньше, чем через три дня?
– ЭВ спадет до минимально приемлемого уровня, – пожал я плечами. – До тех пор выезжать из-под защиты поместья небезопасно для здоровья. И?
– Кирилл, но я-то туда езжу. И ничего… – вздохнув, Хромов даже пальцем в грудь себе ткнул.
– Ну да, сравнил! – фыркнул я в ответ. – Ты-то в состоянии себя защитить от Э…
– Дошло? – с гипертрофированной заботливостью в голосе поинтересовался Аристарх. Я молча кивнул.
– А с нами своим открытием не поделитесь? – через несколько секунд полной тишины спросила Вербицкая. Я печально улыбнулся.
– С легкостью. Я – идиот, – констатировав этот факт, я хлопнул ладонью по столу. – Мне, как и Аристарху, ничего не стоит защититься от ЭВ. Более того, с моими возможностями не составит труда прикрыть от его воздействия всю спасплатформу.
– Не преувеличивай, Кирилл. Еще пару дней назад попробуй ты проделать подобный фокус – моментально повторил бы подвиг с перевозкой Инги, – покачав головой, окоротил меня Хромов. – Поверь, я знаю о чем говорю. Защитить такой объем от эфирного возмущения – непростое дело…
– И вопрос своевременного отъезда из имения Бестужевых оказался бы под вопросом, – вставила Вербицкая-старшая. – Вытаскивать тебя из комы в полевых условиях я бы не рискнула…
– Ладно, будем считать, что вы меня убедили.
Я смущенно потер ладонью шею. Мне на самом деле было стыдно от своей тупости и зашоренности, и никакие убеждения и правильные слова окружающих не могли этого исправить! Я должен был догадаться о подобной возможности куда раньше. Но нет, вбил себе в голову, что до назначенного срока нашей компании никак не добраться до Бестужева… зарапортовался.
– Вопрос только в одном… – помолчав, проговорил Хромов. – Кирилл, ты говорил, что все подъезды к боярскому городку перекрыты. Как мы доберемся?
– А вот это не проблема, – улыбнулся я. – Зря мы, что ли, с этой спасплатформой корячились?
– Думаешь по пересеченке обойти? – задумчиво протянул Аристарх, но тут же покачал головой. – Не выйдет. Засекут. Да еще такой цвет… нет, тихо не получится.
– А кто говорит о тихом просачивании? – Я даже зажмурился от удовольствия. – У нас есть два укомплектованных ЛТК и четыре полноценных бойца. Учитывая, что один из них по мощи удара сравним с тяжелой минометной бригадой… как говорится, «носорог плохо видит, но при его размерах это не его проблемы». Не находишь? Да и я найду чем удивить возможных самоубийц… будет им небольшой сюрприз для облегчения работы пищеварительной системы.
– Нагло, – покачал головой Хромов… и прищурился. – А что ты имел в виду, говоря о сюрпризе?
Ответ я решил продемонстрировать в облегченной редакции, поскольку вовремя вспомнил, как некогда отреагировал на мою эмоциональную атаку все тот же бывший гвардии полковник Брюхов.
Конференц-зал затопило ощущением страха, медленно наваливающегося на моих собеседников. Но, увидев, как побледнела и затряслась Вербицкая, я прекратил давление. Хромов и Мальцев облегченно выдохнули и попытались разжать руки, с силой вцепившиеся в подлокотники их кресел.
– Простите, Василиса Тимофеевна, – повинился я. – Не подумал. Нужно было оградить вас от этого. Еще раз прошу прощения. Аристарх Макарович, Вадим Евгеньевич, вы в порядке?
– Да… чтоб тебя… – прохрипел Мальцев, с силой рванув ворот рубашки, так что отлетевшая пуговица, отрикошетив от стены, со звоном покатилась по полу. – Предупреждать же надо…
– Ох… – Хромов тряхнул головой и, сфокусировав на мне взгляд, отнял наконец руки от своего кресла. Внимательно оглядел обожженные до угля деревянные подлокотники и покачал головой. – Это было сильно. А если учесть, что ты можешь выбирать цели воздействия… каков радиус?
– Полагаю, где-то около километра. Не было случая проверить точно. Но нам хватит, уверяю.
– Чтобы я еще раз полез к эфирникам… – рында передернулся. – Лучше сразу пристрелите.
– Не знаю, как насчет работы всей пищеварительной системы, но вот кишечник такой удар точно прочистит. Говорю как целитель, – констатировала Вербицкая и повернулась ко мне. – В качестве извинений… научишь.
Хм. Кажется, слабительное из нашей аптечки скоро исчезнет за ненадобностью… М-да.
