Потом за дело взялся Карпов. Основательно так взялся. И буквально за год, несмотря на каменистое основание, сумел прорыть канал длиной в две версты с единственным шлюзом ниже по течению. Пороху извел просто прорву. Все только дивились тому, как он рвет землю. Но зато управился быстро. И открыл прямое судоходство.
А еще, хитрец эдакий, приставил к обслуживанию того канала и шлюза селян, коих работы лишил. Всем угодил, никого не обидел. Он вообще старался не плодить недоброжелателей на ровном месте.
Отчего не стали обходить по каналу и не пристали к городской Нарвской пристани? Так ведь времени это займет изрядно. И пристань находится у речных ворот, ведущих к северной части старого города. Лизе же нужно в замок, располагающийся в южной оконечности.
Опять же, вон и коней уже подали, как и эскорт из конвойной роты боярина. Всадники ожидают княгиню в полной готовности. Конечно, она и сама прихватила с собой десяток стрельцов, но подчиненные Егора все же без коней.
— Пришибу Елизара, — зло скрипнул зубами Егор.
— На кого это ты так яришься? — обернулась княгиня к командиру личной сотни.
— Да вон десятник из конвойной роты Ивана… Архиповича, — запнувшись, все же поправился сотенный. — Только одну лошадь для тебя и прихватил.
— Понимаю. Ну да мы им обедню испортим, — подмигнула Лиза Егору.
Вообще-то ей было решительно непонятно, к чему Карпов отправил ей послание, пригласив в Нарву. Решил начать-таки обхаживать? От этой мысли ею овладело раздражение. Экий он! Что же, думает, вот так поманит пальцем, и все, она растает воском?
Мало ли что раньше было. Молодая была. Глупая. Напридумывала себе бог весть чего и сама в том уверилась. И тетка туда же! Нет чтобы вовремя указать, мол, ошиблась, девонька, вот так-то следует, а не эдак. Так нет, сама же теперь толкает ее в спину, мол, бери красоту бесхозную. А кому он нужен-то?!
— Кормчий, отворачивай в сторону, — решительно приказала она.
— Да как же так-то? — растерялся капитан парохода.
— Тебе приказ княгини не ясен?
— Так ведь мне велено…
— Ты нынче в моей воле. Правь к каналу. Пойдем в Ивангород. Кому сказываю?
— Слушаюсь, княгиня.
Суденышко, так и не причалив к пристани, начало поспешно отворачивать в сторону, запустив гребные колеса в разных направлениях. Десяток конвойных только растерянно взирал на происходящее, силясь понять, что именно произошло. Егор старательно оглаживал бороду, пряча ухмылку. Вот только адресована она была вовсе не оставшемуся с носом Елизару, а княгине. Уж Попов-то понимал, что послужило причиной подобного поведения. Ну или думал, что понимает.
Лиза считала себя победительницей. Ровно до того мгновения, пока не ступила на причал в Ивангороде и не услышала обрывок разговора грузчиков. Ну а о чем им еще трепаться, как не о недавних событиях. Нет, не о взятии Нарвы. Та новость уж давно протухнуть успела. А вот то, что боярин шведам холку намылил в чистом поле, перебив вдесятеро превосходящие силы, — это да. Эта тема достойна обсуждения.
— Экий у нас боярин, — поддержал собеседника дюжий молодец. — Что перед ним Иван Бобровнинский. Тот только ляхов раскидал, а этот самому шведу хребет сломал.
— Сломал, да надорвался, — авторитетно возразил другой. — Нешто не ведаешь, что швед бомбу метнул прямо под ноги боярину и того чуть не в клочки порвало? Эвон как спешно прибежали на гребной ладье, словно черти за ними гнались. А сейчас все лекари вокруг него хороводы водят, с того света пытаются вынуть. Да только, сказывают, не выдюжит он.
Лиза и сама не поняла, в какой момент она замерла, вслушиваясь в разговор двух грузчиков и позабыв, как дышать. Только и слышала их слова да все нарастающий в ушах стук сердца. Наконец она сделала глубокий вдох, высоко вздымая статную грудь, и с ошарашенным видом обернулась к растерянному Егору.
До госпиталя в Нарве они добрались очень быстро. Да что там, можно сказать, стремительно. И что примечательно, позабыв стрельцов охраны в Ивангороде. Просто лодочка нашлась только одна, и места в ней было лишь на двоих. Ну, случается такое порой. И по Нарве передвигались сугубо пешком. Вот некогда им было искать лошадей…
Х-хрясь!
Иван, недоумевая по поводу происходящего, молча потирал левую щеку. Вот интересно, а за что ему только что прилетело? Хорошо хоть в кабинете, оккупированном их главным лекарем Рудаковым, никого не было. Не то позору не оберешься.
В этом помещении Карпов ожидал возвращения друга. Операцию Мите сделали еще вчера днем, сразу по прибытии. Но Ивана к нему не допустили. Как, впрочем, и наутро. Когда он явился в госпиталь, под который отвели двухэтажное просторное здание, ему сообщили, что брат жив. Но Павел категорически отказался пускать к нему кого бы то ни было. Усадил Ивана на стул, а сам отправился проверить самочувствие раненого.
Конечно, то, что пациент еще жив, внушало оптимизм. Но статистика была против парня. Из полусотни с подобным ранением выживал лишь один. И это еще отличный результат, доступный только лекарям из псковского госпиталя.
