Дмитрий четко дал понять, что будет со мной откровенен только на неведомом сумеречном уровне. К тому же он сейчас явно о чем-то напряженно размышляет и не горит желанием беседовать. А вот с ректором вполне можно попробовать пообщаться.
Собравшись с мыслями и духом, я негромко произнесла:
– Алексей Владимирович, у меня к вам есть вопрос.
– Слушаю вас, – оставив в покое бороду, старец откинулся на спинку кресла.
– Почему обычных ведьм ненавидят, а к серебряным относятся с симпатией? – я мило улыбнулась.
– Хм-м, – архимаг потер мочку уха, остро глянул на молчаливого учителя. Тот едва заметно кивнул, словно разрешая.
Однако. Что это у них за отношения такие?
– Начнем с первой части вашего вопроса: почему обычных ведьм ненавидят, – ректор сцепил ладони на животе. – Семнадцать лет назад скоропостижно скончался император Иоан Васильевич. Глава рода Рюриковичей правил нашей страной без малого пятьдесят лет. Когда он вступил на престол, в государстве было очень неспокойно: разруха, голод. Влиятельные рода воевали меж собой, гибли воины, страдал простой люд. Император попытался навести порядок. Однако он был очень молод, его не воспринимали всерьез.
Стараясь не пропустить ни слова, я обратилась вслух.
– Юный Иоан начал искать способ, как приструнить распоясавшуюся знать. И тут-то императору и пришла идея. Он решил объявить охоту на ведьм. Как правило, эти девушки-дворянки обладали слабым даром, никому не причиняли вреда. Напротив, даже помогали людям. Силы у людей брали совсем чуть-чуть. В основном донорами служили члены семьи. Причем добровольно. Но были и очень сильные ведьмы. Вот они-то, следуя приказам глав родов, уничтожали у врагов посевы, умерщвляли скот, насылали болезни. По тайному приказу императора в стране распустили слух, что голод, да и вообще все беды из-за ведьм. Необразованные простолюдины отреагировали ожидаемо. Схватились за вилы и полились реки крови. Знать прекратила вражду, занялась усмирением бунтов. Что и требовалось императору. Желая закрепить эффект, Иоан под шумок издал указ: для устранения смуты в государстве всех обладательниц метки ведьмы брать под стражу и предавать справедливому суду, – Алексей Владимирович замолчал, казалось, он вспоминал.
Гребаная политика. Сколько невинных женщин погибло.
В душе закипала злость. Сжав зубы, я сидела не движимо и не издавала ни звука.
Спустя несколько минут, старец вновь заговорил:
– По замыслу императора ни в одном из знатных родов не должно было остаться сильных ведьм. Он приказал придворному архимагу создать и запустить особое поисковое заклинание. Через сутки распоряжение было выполнено. От этого заклинания нельзя было спрятаться. Оно неумолимо находило ведьм: те, что обладали мощным даром, сразу же погибали; а те, которые были слабее, впадали в своеобразный сон. Их забирали воины императора, отвозили в тюрьму. Ну а после маги приводили девушек в чувства, отправляли на суд и всех до единой казнили. Превентивные меры, так сказать. Должен отметить, что они сработали. Иоана не то чтобы сразу зауважали и испугались, но кровопролитные войны прекратились, – архимаг взял очки. Немного подумав, водрузил их на нос.
– И дворяне так спокойно реагировали на гибель своих жен, дочерей? – мой голос дрогнул от негодования.
– В те времена у женщин было много обязанностей, но не прав, – холодно бросил старец. – Девочки беспрекословно подчинялись воле отца, после замужества супругу. От бездыханной и ставшей бесполезной ведьмы нет никакого толка, одни проблемы. А проблемы никому не нужны.
Понятно. Женщина – низший сорт. Без права голоса и вообще что-то наподобие вещи. Слов нет, сплошные маты.
– Что касается особого отношения к серебряным ведьмам, – Алексей Владимирович привычным жестом огладил бороду. – Девушки с серебристыми метками, словно редчайший жемчуг: их дар уникален. Заполучить такую женщину к себе в род, мечта любого главы. Однако за все минувшие века их не наберется и десятка.
Не одна, а десять? Странно. Рыжов в целом про ведьм мне не солгал. А здесь не сходится. Ладно, не столь важно.
Непрекращающийся шепот в моем разуме внезапно усилился. Да так, что начало подташнивать. Мотнув головой, я сиплым от напряжения голосом поинтересовалась:
– Чем же так уникален дар серебряных ведьм? – и пристально посмотрела на Дмитрия.
Абсолютно не выказывающий интереса к беседе граф с невозмутимым видом что-то разглядывал за окном. Вдруг он резко встал. Подошел к столу. Взяв лежащий на столешнице клинок в ножнах, приладил их к ремню. Затем повернулся ко мне.
В ушах зазвенело. С каждым мгновением звук становился все сильнее. Испытывая сильную боль, я прижала пальцы к вискам. А через секунду сводящий с ума звон пропал, и я отчетливо услышала лишенный эмоций голос:
– Иди.
Противиться этому приказу не то, что не могла, но даже не хотела. Я послушно встала. Прижимая к груди кролика, повернулась к выходу из кабинета. В это же мгновение Дмитрий стремительно приблизился, встал у меня за спиной.
Положив ладони на плечи, он тихо сказал:
– Не бойся. Сделай шаг вперед.
