— Так старые, что ещё со времен князя Ярослава, устарели, а те, что позже писали, так им тоже сто лет в обед!
Иван Васильевич остановился и, устало посмотрев на неё, произнес:
— Я уже взялся над составлением судебника и вынес первую часть на обсуждение в думе. Жди.
— Отличная новость! — она даже вскинула руку, сжимая пальцы в кулак.
Князь хмыкнул и продолжил путь. Дуня бросилась догонять и чуть забежав вперёд, заставляя его остановиться, спросила:
— Котика можно не высылать надолго?
Иван Васильевич сделал вид, что задумался и тогда она выдала суперидею, должную смягчить сердце князя:
— А что, если приставить летописца к розыскному свину? Так мы не одного зайца убьём, а сразу…
Князь поднял руку, останавливая её, тяжело вздохнул … и Дуня поняла, что сейчас её будут ругать. Но Иван Васильевич вполне миролюбиво спросил:
— У меня иноземные послы спрашивают, по каким критериям мы берем на службу свиней. Как ты думаешь, они издеваются или серьёзно интересуются?
— Завидуют, — буркнула Дуня.
— Чему?
— Тому, что не умеют шутить и нестандартно мыслить.
— Так ты главе московского разбойного приказа подарила свинью ради шутки?
— Нет, конечно! Хрюндель уникален и полезен. Маша мне рассказала, что он уже несколько раз брал след и находил спрятанное татями добро. Не каждая собака на такое способна, а порося — пожалуйста!
— Хм.
— Я предложила Машке… кхм, Марии записывать, как шло следствие и передавать мне. Я из её записок сделаю хорошие очерки, прославляющее наше княжество! Словом и делом покажем всем, что мы радеем за безопасность. Раскроем трудовые будни нашего разбойного приказа и люди сами поймут, что во всём этом видна заслуга князя.
Иван Васильевич смотрел на неё с подозрением, но под конец всё же рассмеялся :
— Ишь, как всё вывернула!
— Так что насчет котика?
— Очерки сначала мне будешь показывать.
— Само собой.
— Коли ладно будет, то разрешу боярину Волку записать свина в разбойную службу и дам жалование за него.
— Ой, как хорошо! Княже, он не объест тебя! — радостно воскликнула Дуня, на всякий случай показывая размеры успешно делающего карьеру мини пига. — А котика? — с тревогой повторила вопрос она. — Нам бы с ним чин какой получить. Писательский там или ученую должность заиметь.
Князь озадаченно потёр переносицу и уточнил:
— За новгородского кота ты пишешь?
— Пока я, — закивала головой Дуня.
— Не слишком ли ты круто взялась за иноземцев? Уж больно они у тебя жадные да злючие каждый раз получаются.
— Так всё правда.
— На торгу правды не услышишь, — назидательно сказал ей князь, понимая, где боярышня черпает информацию, — так что не увлекайся. Про чин подумаю, но скорее всего он будет тайный. Или ты хочешь, чтобы все наверняка узнали, кто за кошачью шайку пишет?
— Нет, — поспешно ответила она.
— Во-о-от. Что касается твоей поездки в Дмитров. Дождись сопровождения и езжай.
— Так у меня свои сопровождающие есть.
— Твоих холопов хватит, чтобы сохранить в целости золото торгового гостя?
— Ой.
— На месте решишь, как лучше договор с португальцем исполнить.
— Княже, коли он в Новгород не поехал, то надобно его в Москву везти. В Дмитрове,поди, ничего из новых товаров нет, а в договоре о них шла речь.
— Значит, передашь тот товар, о котором шла речь в договоре, а потом проводишь его до Москвы и покажешь наш торг.
— Как скажешь, — кивнула Дуня, довольная поручением. Раньше-то она все больше сама себе головой была и, признаться, устала. Сама придумай дело, сама исполни! А тут князь решил её головой побыть и нарезал задачи. Ему и отвечать потом за всё!
— И вот ещё что, — как бы нехотя вспомнил Иван Васильевич. — В Дмитров едет дочь Лыко-Оболенского, чтобы выпросить будущего котёночка.
— Что? Эта дур… — Евдокия осеклась, но сдержаться не смогла: — Зачем ей животинка? Я бы и червяков ей не доверила!
Князь насмешливо посмотрел на Евдокию и предположил:
— Она хочет сделать подарок княгине.
— Еленка-то? Не верю! Хоть режь меня, но боярышня не тот человек, чтобы выстраивать подобные планы! У кошки ещё кота нет, не говоря уже о котятах, а она, видите ли, уже о подарке объявила.
— И тем не менее, её отец испросил дозволения на выезд дочери, ссылаясь на эту причину.
Евдокия с недоумением слушала князя и по интонации поняла, что тот понимает нелепость предлога, но встревожен и явно хочет разобраться, чего Лыко-Оболенский задумал. Не самый важный боярин, но родня у него многочисленная и горластая.
Князь смотрел на задумавшуюся Дуняшу и ждал. А у неё в голове роилось множество вопросов. Неспроста все эти жу-жу со стороны Лыко-Оболенского.
Может, он устраивает пиар-акцию, чтобы создать новый имидж дочери? На девичьих посиделках она показала себя вспыльчивой и драчливой, и со многими рассорилась. Как следствие — отсутствие сватов. А тут приятное слуху сочетание котёнок-подарок-княгиня! Все будут говорить о ней хорошо.
Но чего так князь встревожился? Не хочет, чтобы Еленка лезла в круг княгини? Так подле Марии Борисовны такие ближние, что сожрут боярышню и не подавятся. Или всё дело в князе Юрии Васильевиче?
