Но я никогда не мог позволить им увидеть, что это со мной сделало. Самым сложным в выполнении всего, что они мне сказали, было притвориться, что это нравится. Каждый день был холоднее предыдущего. По крайней мере, так я чувствовал себя внутри.
Я перекинул ноги через грязную жесткую койку и, когда ступни коснулись бетона, пальцами ног держался за холодную землю для равновесия. Было поздно, и меня почти не кормили, потому что тренеры решили оставить нам на ночь немного меньше. Несмотря на то, что ко мне относились лучше, чем ко многим другим неэффективным кандидатам, иногда я все еще голодал, как и все остальные.
Я подошел к ее койке. Когда мои глаза привыкли к темноте, я увидел, как она прижимает руку к груди.
Я знал, что с ней случилось что-то плохое. Она пробыла здесь меньше недели и получила больше побоев, чем я за последние восемь лет.
— Тебе нужно перестать плакать… сейчас же, — резко приказал я, когда она продолжала громко изливать боль.
Она вздрогнула от звука моего голоса и вскочила со своего положения лицом ко мне. По мере моего приближения ее крики становились все громче, поэтому я остановился и смотрел, как она смотрит на меня. Она смотрела со страхом в глазах, и хотя я чувствовал то же самое, я не мог разделить ее чувства.
— П…пожалуйста, не трогай меня.
— Если бы я хотел причинить тебе боль, я бы подождал и положил бы подушку тебе на голову во сне. — Ее глаза расширились при моей угрозе. — Я все равно причиню тебе боль, если ты не перестанешь плакать.
— Мне жаль. Это просто… так больно.
Я посмотрел на грязную и покрытую синяками руку, которую она держала, опухшую и красную. — Что случилось с твоей рукой?
— Крупный мужчина с рыжими волосами дернул ее, и теперь, кажется, она сломана.
— Ну, тебе все равно надо перестать плакать.
— Я не могу. Это больно.
— Они сделают тебе намного хуже, — резко прошептал я. Я знал, почему злился, но не понимал, почему меня это волновало.
— Почему ты такой злой? — она надула губы.
— Потому что я должен быть таким.
— Почему?
— Если я этого не сделаю, я умру. Я не могу быть слабым. Я никогда не позволю им увидеть это. Никогда.
Она закусила губу, глядя на меня с любопытным выражением лица.
— Ты поступаешь неправильно. Не так как я.
