Далеко на севере, где кончаются леса и начинается тундра, живёт маленький эвенк Ваня. Родители зовут его Бойё-"товарищ", потому что Ваня сам так всех называет.
Далеко на севере, где кончаются леса и начинается тундра, живёт маленький эвенк Ваня. Родители зовут его Бойё-«товарищ», потому что Ваня сам так всех называет. Увидит — отец выходит из чума: «Эй, бойё!» — кричит. Собака у него тоже бойё. Даже маленьких рыбок он так называл.
— Куда плывёшь, бойё? — кричит он, заметив между камнями рыбку. Солнце, тайгу, реку — всё Ваня называл бойё.
Этим летом колхоз направил родителей Вани на работу в геологическую экспедицию.
Когда мальчику сказали, что его оставят дома с бабушкой, он захныкал.
— Хочу тоже ехать! Буду рыбу ловить, оленей караулить! С бабушкой скучно.
Мать, успокаивая его, говорила:
— Там тебя комары съедят, щука тебя проглотит, ворон глаза выклюет! Как тогда жить будем?!
Но Ваня не сдавался и, вцепившись в ногу отца, горько плакал.
— Э-э, Бойё, совсем худой мальчик стал! Зачем мать не слушаешь? — сказал отец. — Однако, возьмём его. Марья. Какой из него охотник выйдет, если дома сидеть будет! Пусть едет!
Сборы экспедиции были недолги. Колхозных оленей навьючили продовольствием и снаряжением, необходимым для работы в глухой тайге.
Когда всё было готово и оленеводы уже сидели на оленях, к Ване подошла мать.
— Ну как, Бойё? — спросила она. — Хорошо сидеть, не упадёшь?
Но Ваня не боится, что упадёт, — он крепко привязан к седлу и олень у него самый смирный.
— Скорей надо ехать! — нетерпеливо говорит он. — Смотри, сколько комаров собралось у моего оленя!
Мать вскочила на седло, а бригадир-оленевод закричал:
«Хуу-ууу!» — и караван двинулся в путь.
Тихо идут олени, пробираясь через густые заросли кустов и молодых деревьев. Дорог в тайге нет. Бригадир едет впереди и зорко высматривает, где лучше проехать. Однако олени часто задевают за деревья, и груз падает на землю вместе с седлом. Приходится делать остановку, поднимать и привязывать груз.
Впереди речка. Сквозь прозрачную воду видно каменистое дно. Олени входят в воду и осторожно ступают по скользким камням. Ваня заметил маленькую рыбку. Кричит ей: «Бойё!»
На берегу из груды камней выскочил тонкий рыженький зверёк с белой грудкой. Ваня узнал горностая. Отец часто приносил этих зверьков зимой, тогда шкурка у них была совсем белая и только на кончике хвоста чёрное пятнышко. Зверек поглядел на проходящих оленей и юркнул обратно в норку. У Вани загорелись глаза. Он долго смотрит на камни, где скрылся зверёк.
Олени идут по каменистым россыпям, и Ваня больше никого не видит. Ему делается скучно. Он с завистью смотрит на Аркакана — свою любимую собаку — и готов заплакать. Как хорошо было бы сейчас побегать с ним и поиграть!
Но вот караван подходит к большой реке. На берегу её эвенки останавливаются и сбрасывают на землю вьюки. Олени разбегаются по тайге.
Эвенки ставят чум. Они рубят тонкие деревья, очищают их от веток, потом связывают вершинки, чтобы получился шалаш. Женщины обтягивают шалаш оленьими шкурами, а пол густо устилают ветками лиственниц.
В середине — место для костра. В шалаше можно спать спокойно. Дым костра выходит через верхнее отверстие чума, и с дымом вылетают комары.
Ваня устал от долгой дороги. После чая он забрался под оленье одеяло и заснул.
Быстро прошла короткая северная ночь. Утром Ваня встал раньше всех. Его разбудило солнце. Мальчик тихонько вылез из чума. Мать не проснулась и он доволен: никто не будет мешать ему играть с Аркаканом или ловить рыбу.
Ване уже пять лет, и он умеет сам одеваться. Но он даже не ищет своей одежды. Воздух теплый, а комаров ещё мало.
Недалеко от чума стоит палатка начальника экспедиции. У входа сушатся его большие сапоги. Не раздумывая долго. Ваня надевает их. Ходить в таких сапогах не очень-то удобно, но зато он теперь как большой.
Около палатки спит Аркакан. С трудом передвигая ноги. Ваня подходит к собаке. Скучно одному. Аркакан открывает один глаз, но не встаёт. Хозяева ещё спят, олени далеко не убегают, и делать ему нечего.
Когда Ваня тянет Аркакана за хвост, он поднимает губу и рычит. Но мальчик бесстрашно забирается ему на спину и бьёт рукой. Аркакан делает вид, что это его не касается, и закрывает глаза. Ваня щиплет его за уши, дергаёт за хвост. Но все без толку: Аркакан не просыпается.
Тогда мальчик идёт к оленям. Он подходит к оленю, на котором ехал, и ласково обнимает его. Рога у оленей мягкие и покрыты бархатной шкуркой. Мальчик уже хотел сесть на своего оленя верхом, как вдруг до него донеслось пение птицы.
«Кто же это поёт?» — подумал Ваня и тихонько пошёл туда, где пела птица. Он так задумался, что не заметил, как потерял сапог.
Пение неведомой птицы притягивало его, как аркан, которым ловят оленей. А пел сорокопут — маленький хищник с медовым голосом Его песня, мелодичная и журчащая, лилась с вершины высокой ели.
Долго смотрел Ваня на красивую, чёрную с белым, птицу, но вдруг вспомнил, что у него много дел! Пока спят отец и мать, очень удобно половить рыбу на реке. Мальчик видел, как это делают взрослые. Не беда, что у него нет крючка и лески! Можно привязать к палке олений ремень, и рыба должна ловиться.