— И все, а у Фурии его вообще нет. Как граната без замедлителя... — громко шмыгнув носом, Болт с усмешкой покосился на заворожено слушающую его Кити. — Ну, так вот. Норные войны кончились, стрелки разбежались, Аладдин баронам тоже ручкой сделал, а нас, типа, как отпустил. А мы решили не расставаться, мол, были ватагой, ватагой и останемся. Вместе, как бы веселей. Ну и было... весело. Кто мутантов особо нанимать-то будет? И для чего? А мы все молодые, от крови пьяные. Герои, тля...
Карлик обреченно махнул рукой.
— Ну и покатилось. Сначала нас братцы Блэк и Уайт к себе позвали. Потом Жирдяй перекупил. Потом опять стали на вольных баронов работать. А что, тварей-то не осталось, а вот землицу бесхозную да плодородную делить надо. А охотников до нее много. А потом снова к Аладдину вернулись, но уже в основной отряд. Совали нас, конечно, каждый раз в самое, что ни на есть, пекло... А что, выживут — хорошо, герои. Помрут, туда уродам и дорога. Хотя... с наемниками всегда так. Война все тянулась и тянулась, платили все меньше и меньше...
Карлик снова покопался в затылке и, с тоской оглядев испачканные маслом ладошки, вздохнул.
— В конце концов, надоело командирам нашим это все хуже горькой редьки, и двинули мы на север. А тут и заказец выгодный подвернулся — Красное. Слышала про Красное? — Вопросительно глянул на Кити механик.
Боящаяся издать даже звук девушка отрицательно покачала головой.
— Ну да. — Хмыкнул Болт. — Откуда тебе. Домовая прислуга. Знай, мети полы, стряпню готовь, да хозяину постель грей...
Кити, засопев, покраснела и, отведя взгляд, принялась внимательно изучать измазанные грязью руки.
— Не обижайся. — Вскинул руки в защитном жесте Болт. — Не в обиду же сказал. Так... вырвалось. В общем, Красное — это поселок. Гнездо уродов, мутов, в смысле. С земли жили, ни с кем не воевали, но все же, умудрились наступить на хвост Чистым. Ну, знаешь это секта такая — монахи бродячие. Типа, как крестовики, что в Распятого верят, только еще более долбанутые. Ходят, убивают всех подряд. По их вере, типа, посмотрел Бог, что мы с Землей сделали, махнул рукой и ушел, а вернуть его можно, только если все зло на свете извести. Вот и бродят по пустошам. Где одного человека грохнут, а где целое село упокоят. Причем, хрен просс... э-э-э, поймешь, что они в следующий момент вытворят. Могут спокойно мимо рейдера, что ребенка на кол живьем сажает, пройти, а могут какому-нибудь старику, божьему одуванчику пулю между глаз всадить. Самый любимый их прием — мор пустить. По их вере, коль от заразы умер, значит, Небо так решило, а коли выжил... ну...
Маленький механик замялся, подбирая слова... — вроде как, тоже божья воля. Контейнер с боевым вирусом много места не занимает, не сразу и заметишь, а вот беды от него... — Карлик болезненно скривился. — Давно бы их перестреляли, да вот одна беда, у их главных, то есть, не совсем главных, а у тех, кого анафемами называют, в мозгах какая-то дрянь зашита, типа наноколонии или радиопередатчика... хрен поймешь, что такое. В чистильщиках вообще много непоняток. Мутные они. Вроде, секта и секта. А технологии у них... Не во всяком вольном городе такие чудеса увидишь...
Завистливо вздохнув, механик покопался в затылке. — Так о чем, бишь, я?.. А... Наноколония... В общем, их боссы всегда в курсе, где их монахи бродят и что делают. И если кто чистильщика укокошить решится. — Карлик поморщился... — Мстительные эти суки, страсть... За одного анафема, бывало, целые села дотла сжигали. Так, что даже пепла не оставалось...
— У нас в селе была церковь чистых. — Неожиданно перебила карлика девушка. — А Ллойс батюшку убила. Значит, его теперь тоже... — Брови Кити сошлись к переносице...
