Очень любопытная деталь: бывший помощник начальника британской контрразведки Питер Райт в 1987 году опубликовал свою скандально известную книгу «Охотник за шпионами» (Spy Catcher, The Candid Autobiography of a Senior Intelligence). Эта книга официально запрещена в Великобритании. Почему? А потому, что Райт полагает: контрразведке удалось обнаружить только вершину айсберга. На самом деле Ротшильду и Филби удалось внедрить в спецслужбы и правительственные ведомства гораздо больше советских агентов, чем удалось разоблачить службе внутренней безопасности. Слишком много слишком влиятельных лиц в руководстве Великобритании не были заинтересованы в том, чтобы скандальная правда о советском проникновении в правительство и секретные учреждения страны выплыла наружу.
Сталин же получал копии самых секретных документов прямо с рабочего стола Черчилля[91].
Пример такого же чудовищного провала в деятельности главы правительства великой державы трудно найти в истории.
Вообще трудно найти политика более бездарного, чем герцог Мальборо, лауреат Нобелевской премии по литературе, сэр Уинстон Леонард Спенсер-Черчилль (1874–1965). Сама его роль в политике — беспощадный приговор дворянству и любым его политическим претензиям.
Что касается родословной, то об одном из герцогов Мальборо в XVIII веке сочинили похабную песенку: очень уж забавно били герцога во всех войнах.
И еще 14 куплетов, уже окончательно не воспроизводимых на бумаге.
Что касается самого «великого Черчилля», то он и военное училище окончил только по протекции. Он только с помощью маменьки был переведен в военные корреспонденты и только с помощью великосветских связей получал командировки, куда хотел.
Вся карьера Черчилля — это карьера «золотого мальчика» из номенклатуры, только с красивым названием «дворянство».
Если же о его роли в обороне страны… Расскажу только о двух идеях Черчилля. Одна — это сделать заслон в воздухе для нацистских летчиков в виде бомб, которые медленно опускаются на парашютах. Теоретически нацисты должны были, понятное дело, врезаться в эти бомбы. Практически они, само собой, просто пережидали несколько минут или поднимались выше. А бомбы падали хорошо если в Ла-Манш, а не на территорию Британии.
Вторая идея: набросать в океан цепочку мин — пусть проклятые тевтоны напарываются на них. Течения разнесли мины по всем морям Северной Европы. Мой близкий друг находил их на побережье Баренцева моря во время геологических экспедиций[92]. А ущерба противнику нанести не удалось ни на грош.
О провалах внешней политики уже говорилось: бешеный антикоммунист Черчилль снабжал свежайшими разведданными Сталина. Этот сказочно бездарный и исключительно неумелый человек занимал свои посты только по одной причине — он устраивал правящих Британией олигархов.
Число членов компартии никогда не было велико, но за годы войны выросло с полутора тысяч до 5 тысяч членов. В забастовках и демонстрациях коммунистов участвовало до 150 тысяч человек. В 1941 году депутат-коммунист У. Галлахер решительно требовал вывести из состава английского правительства «всех мюнхенцев и предателей»[93].
В 1945 году коммунисты провели в парламент уже двоих депутатов.
При этом «Независимая рабочая партия», не подчинявшаяся Кремлю и не входившая в Коминтерн, не имела даже такого влияния.
Национал-социалистов в Британии практически не было. Буквально несколько десятков человек, не объединенных ни в какие партии и союзы. Ничего похожего на партию Квислинга. Но если бы нацисты воевали в самой Британии, эти люди имели бы свой шанс — уже в колониальной администрации. И многие коммунисты, вероятно, переметнулись бы к ним.
Гражданская война в самой Британии не началась, но не потому, что некому было ее устроить. Любое внешнее вторжение на Британские острова автоматически привело бы к выступлению двух сил: британских фашистов, очень напоминавших вишистов по своей идеологии, и коммунистов (по крайней мере, в крупных промышленных центрах). А если бы в страну вторгся Сталин?! Крайне интересно было бы посмотреть, как «соратники по партии» гнобят в лагерях всю верную агентуру — аристократов-коммунистов.
Тем не менее даже без внешнего вторжения и гражданской войны последствия Второй мировой войны по своим последствиям приближались к последствиям гражданской. Не случайно же британцы прилагали столько усилий, лишь бы не воевать… и лишь бы по возможности ничто не нарушало существующего положения вещей. Британская империя была на вершине могущества — но очень уж хрупка эта «вершина».
