Осенью Жене исполнится тринадцать. Но он все так же любит выдумывать разные небылицы. И обычная поездка на лето в деревню не кажется ему скучной. А глупое опоздание на автобус лишь повод для настоящего пешего похода.И, к счастью и ужасу, поездка действительно перестает быть обычной.Женя встречает самого Зидана, игрока любимого клуба, знакомится с Человеком-Пальто, живущим в чулане и скрывающим в нем свои тайны, находит «видик», отматывающий время вспять. С пацанами они колдуют гол сборной на далеком Чемпионате Мира. А в саду их поджидает злобный сторож Горбун Володи. Наконец, Женек попросту влюбляется в милую девочку Русю и ее забавную пиратскую повязку.Но веселье кончается, когда на Женю начинают охоту шайка Шестипалого Лиса и загадочный Черный Мяук, коварный монстр с дома на холме. Жене предстоит побороть страхи, держать ответ за слова и поступки. Но главное – его ждет смертельная схватка с древним злом ради спасения первой любви.
Я из глины, я из глины, я из глины…
Все громче и громче просил, настаивал Женя. Однако молитва тонула в реве пламени, что пожирало дом. Пол дрожал. Стены трещали. Бог безумствовал и ликовал.
– Я сожгу дом! Я сожгу дом! – гремел огонь. Зверь весь был им. Только угольно-черный скелет еще угадывался.
За окном лил дождь. И он, конечно, одолеет даже это пламя. Рано или поздно. Поздно. Для Жени точно будет поздно. Жар душил и облизывался. Язычки подбирались.
– Я из глины! – крикнул он и прыгнул в огонь.
Перемахнул через очаг. И почувствовал лишь теплое объятие. Может, выйдет?..
Сейчас же толкнуть дверь! Вдруг выпустит! Теперь, когда дом погибает. Пускай к ней не прикоснуться, но он-то из глины.
Женя кинулся к двери. Умирать не хотел, но уже не боялся. Нет, страха не было. Наконец-то. И все же он застыл.
Волна огня отхлынула от стены. Совсем не ласковая, жгучая. Преградила путь. Показался довольный оскал. Вместо клыков – алые язычки. Дом задрожал сильнее. Словно от хохота.
Не отпустит! Тварь!
Что он может против Бога? Что у него есть?
Ни меча, ни щита. Футболка. Рваная, расцарапанная футболка.
Женек вспомнил – именно за нее тот в первый раз его цапнул. Но началось все раньше.
Содрал футболку, скомкал. Подавись!! В гневном отчаянии швырнул в монстра.
Началось все раньше…
Ткань вспыхнула подобно спичке. Пропала. А Женя заголосил. Дом тряхнуло. Дерево затрещало в агонии. Он отлетел на пол.
Как он сюда попал? Какая дорога привела в этот дом?
Чертов ключ… С самого начала все пошло не так.
* * *
– Конец, приехали…
Ключа под резиновым ковриком не оказалось. А это уже была крайняя мера – заглядывать в ключной тайник. Что называется, пожарный случай.
Оля отпустила край коврика, притоптала его, будто запечатывая тайничок обратно. Рука вновь потянулась к дверному звонку.
– Может, спят? – без особой веры обронила она. Нахмурилась.
– Днем? Сейчас? У них что, тихий час? – шутливо проворчала Катька. И, ловко убрав за ухо вьющиеся каштановые прядки, прижалась к двери. Тут же приглушенная трель звонка потонула в ее крике:
– Просыпайтесь!
Женек перестал прыгать по ступенькам узкой лестницы, обернулся и коротко хохотнул. Младший среди них, он не привык волноваться – решения принимать не ему. И потому один, наверное, радовался некстати возникшей неприятности. Ну как же – ведь приключение!
– Эй! Проснитесь! Ау! – от души кричала Катя уже на весь подъезд.
– Катя! Ну-ка, ты чего?! – Оля хлопнула ей по плечу. – Хватит… Пойдемте.
Она подняла пухлую сумку и с печальным лицом зашагала вниз. Катя поспешила следом, придерживая перекинутую через плечо сумочку поменьше.
Замок щелкнул. И они замерли. Обернулись.
Дверь квартиры распахнулась. И – о, чудо! – из прихожей выглянул Женя и, довольный их изумленными лицами, уже хотел пригласить их внутрь…
– Женька! – крикнула Оля почему-то раздраженно, с каким-то даже эхом. – Чего застрял? Быстрее!
Женек махнул головой, прогоняя фантазию. Перед ним все так же равнодушно возвышалась неприступная дверь. Она заперта, он – на лестнице. Все, что оставалось, вздохнуть печально: и почему в нем нет дара телепортации, как здорово было бы. Сквозь стены проходить он тоже не умел – уже пробовал.
– Женя! – донесся снизу нетерпеливый зов. И он полетел к выходу, перескакивая через каждую третью ступеньку.
– Куда мы?
За спиной у него подпрыгивал рюкзак, не такой тяжелый, как еще несколько недель назад в школе. Теперь в нем теснилась одежда. Хотя пара книжек тоже имелась.
– Обратно. На вокзал, – отозвалась Оля, распахнув подъездную дверь.
Сюрприз не удался.
В Комсомольске, поселке, на автовокзал которого они возвращались, жили их двоюродные сестры – Лариса и Таня. Такие же взрослые, как Оля. Как и Оле, сколько им лет, Женя никогда не знал. Но о школе, встречаясь, они не разговаривали. Опять-таки, наверное. Во-первых, они секретничали, а во-вторых, ему и самому было неинтересно.
Еще с утра они направлялись в деревню, и Комсомольск являлся лишь еще одним местом пересадки – последним. Но Оля придумала повидаться с милыми подругами, порадовать неожиданным визитом. Они и раньше гостили в их скромной квартирке на втором этаже пятиэтажки. И все время по пути: то из города в деревню, то обратно. Но сегодня как-то не срослось.
– Нам бы сейчас, как в кино, телефон сотовый, – подумалось вдруг Женьку, подумалось и вырвалось. – Позвонили бы: вы где, сколько ждать?
– Кому бы ты позвонил, умник, – буркнула Оля, на ходу переложив сумку в другую руку. От июньского зноя немного спасал переменчивый ветерок. Сейчас он налетел, и солнечные блики заскользили по ее взметнувшимся угольным локонам.
– Ой… Точно, – сообразил Женя. – Одного нашего телефончика мало. Тогда лучше… кровная телепатия. Классно же. Напрягся, установил связь и передал…
– Угадай, что я тебе посылаю прямо сейчас, – оборвала его сестра, напряженно глянув из-под челки.
– Заткнуться? – весело предположил он.
– Вот так, Катюх. Наш брат – телепат, – Оля усмехнулась. Катька хохотнула. Но больше их доволен был сам телепат.
