— Я подумал над вашим предложением, обсудил его с моим другом и напарником… — сказал он. — В общем, мы готовы отказаться от всякой борьбы с вами. Действительно, зачем гоняться за суперпризом, если деньги можно получить и так. Логика железная, с вами не поспоришь… Таким образом, в результате многих событий, в том числе не очень приятных, наши интересы сблизились, и мы можем прийти к договоренностям, удовлетворяющим всех.
Монолог был не самым блестящим. К тому же в нем непроизвольно проскальзывали какие-то просительные интонации.
Своими бесцветными глазами Матусевич внимательно наблюдал за Головиным, и каждый раз, когда Сергей запинался, в них вспыхивали злорадные огоньки. Потом шоумен поднялся с кресла и стал не спеша прохаживаться по кабинету, словно о чем-то раздумывая.
— Человек — удивительное существо, — замысловато начал он. — Иногда ему кажется, что он — Бог. А иногда от любого пустяка, форменной ерунды его охватывает отчаяние. Даже я, у которого, казалось бы, есть все — влиятельные друзья, слава, деньги, положение в обществе, порой начинаю суетиться и делать различные глупости…
Он остановился у окна, покачался с пятки на носок.
— Вы хотите сказать, что звонили мне и предлагали деньги именно в таком состоянии?
— А в каком же еще?! — удивился Матусевич. — Сейчас мне даже смешно об этом вспоминать.
— Значит, никакой договоренности между нами не будет?
— Нет!
— И вы не боитесь, что мы выиграем суперприз в третий раз?
Угроза прозвучала довольно жалко. Скорее Головин пытался сохранить лицо.
— Абсолютно!
— А как же ваш покой, который, как вы мне сказали в прошлый раз, дороже денег?
— Я уже сделал все необходимое, чтобы уберечь себя от любых неприятностей. Таким образом, ты и твой друг ничего не получите! Вот так, мой милый!
Сергей понял, что Матусевич согласился встретиться именно ради этой минуты. Шоумен наверняка испытывал какой-то дискомфорт от того, что ему пришлось унижаться перед мальчишками, и он жаждал реванша, страшно хотел потешить свое самолюбие.
Самым разумным было бы встать и уйти. Однако Головин вспомнил, какими глазами смотрела на него Инга, когда он пообещал достать денег. Ему уже было наплевать на свою гордость: в такой ситуации стоило попытаться использовать даже малейший шанс.
— Послушайте, — явно пересиливая себя, произнес он, — если вы думаете, что деньги мы хотим потратить на пустые развлечения, то глубоко ошибаетесь. Они нам нужны для того, чтобы помочь людям, у которых дети больны различными видами рака, устроиться в Москве, поближе к онкологическому центру. Как правило, эти несчастные уже продали все, что только можно было продать, и стали нищими. И заплатив нам, заметьте, заплатив справедливо, вы совершите очень благородный поступок. Вас такие вещи не прельщают? Хотите, мы расскажем об этом в вашей передаче? Вся страна узнает, что вы занимаетесь еще и благотворительностью.
Его слова оказали на Матусевича странное воздействие: он все больше и больше раздувался, а на его шее узлами вспухали вены. Шоумен вполне мог бы лопнуть, если бы скопившийся в нем воздух не вырвался наружу вместе с лающим смехом. Он упал в кресло и запрокинул голову назад.
— Ой, не могу! — пытался отдышаться Лев Михайлович. — Ну ты меня и развеселил!
Наконец ему удалось справиться с этим приступом веселья. Все еще всхлипывая, похрюкивая, он вытер платком глаза, высморкался, а потом сказал:
— Ты действительно надеялся, что я тебе поверю?! Странную комбинацию ты придумал, чтобы выманить у меня деньги. Твоя идея телевизионной игры была гораздо лучше. Сдаешь, брат, сдаешь…
— Значит, вы ничего не заплатите? — уже в упор спросил Сергей.
— Нет.
— Это последнее ваше слово?
— Последнее. Последнее не бывает!
Головин тяжело вздохнул:
— Тогда у меня не остается никаких других вариантов, кроме как выиграть «Супершоу» в третий раз. Я в безвыходном положении. Запомните: вы сами толкнули меня на это.
Он поднялся и пошел к двери.
— Успехов! — напутствовал его Матусевич.
Уговорить всю компанию предпринять очередной поход за суперпризом оказалось гораздо проще, чем Головин предполагал, выходя из кабинета Матусевича.
Сергей заготовил для друзей большую речь, в которой собирался привести три основных аргумента. Во-первых, они так и не отстояли свои права на игру и останавливаться на полпути не имеют права. Во-вторых, у них появилась важная цель — помочь больным детям. Ради этого стоило попотеть. И в-третьих, если им казалось привлекательным заполучить полмиллиона долларов, то тем более надо играть сейчас, когда суперприз увеличили до миллиона.
Петр и Оксана возвратились в Москву перед самым началом учебного года. Головин сразу же собрал всех у себя дома. Какое-то время они делились новостями, обсуждали расписание занятий на предстоящий семестр, а потом Сергей перешел к тому, ради чего и была устроена эта небольшая вечеринка. Он прилично волновался, словно на экзамене, но долго говорить ему не дали. Уже вскоре вмешалась Оксана.