Все подняли бокалы, чокнулись и пригубили вино, а потом набросились на бутерброды.
— Если мы заработаем много денег, — с полным ртом стал рассуждать Головин, — то предлагаю отправиться посмотреть мир. Куда-нибудь в Южную Африку — носороги, львы, жирафы. Или в Австралию. А?
— Много — это сколько? — уточнила Оксана.
— Ну, не знаю… Тридцать, а может быть, пятьдесят тысяч долларов. Этого хватит на любое путешествие.
— Ну да, красиво жить не запретишь, — невинно обронила Инга. — Дорогие отели, роскошные рестораны…
— Я сказал: посмотреть мир, а не таскаться по отелям — это не одно и то же. Хотя, с другой стороны, деньги для того и нужны, чтобы тратить их в свое удовольствие: пить хорошие напитки, вкусно есть.
— Бр-р-р! — передернула плечами Инга.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я представила гору еды, которую можно купить на пятьдесят тысяч долларов, и сказала себе, что все это нужно съесть… У тебя замечательные мечты. Ты можешь оставить за собой на земле впечатляющие следы!
— Ты хотела сказать: после себя?
— Нет, именно за собой!
В некоторых случаях Инга была беспощадной и даже грубоватой.
— А я всегда мечтал иметь классную машину! — с вызовом бросил Торопов. — Ну, не просто отличную, а что-то типа «феррари» или, на худой конец, «порше».
— «Порше» у тебя на худой конец?
— Ну, ладно, «феррари» может подождать. Я пока бы обошелся и хорошим мотоциклом.
Теперь уже хихикнула Оксана.
— А ты-то чего смеешься?! — не спустил ей Петр. — У тебя, что ли, мечты лучше? Сама говорила, что хотела бы купить в нашу спальню огромную белую кровать и атласное покрывало. И еще показывала мне свадебное платье, которое стоит целое состояние — всякие там рюшечки, бантики…
Девушка густо покраснела.
— Дурак ты, Торопов! — огорчилась Инга. — Кто же о таких вещах рассказывает?!
— А что тут скрывать?! Мы давно уже решили пожениться. Будто бы для вас это секрет?! Вот окончим университет и распишемся. Или на последнем курсе…
Теперь Оксана стала буквально пунцовой.
— Ты не просто дурак, а дурак в квадрате! — констатировала Инга.
Эта перепалка совсем не поссорила друзей — у них бывали выяснения отношений и покруче. А разговоры о будущем, о том, что в этой жизни имеет цену, велись между ними бесконечно.
Когда бутерброды и бутылка вина были уничтожены, Головин включил музыку и все стали танцевать. Правда, то, что делали Петр и Оксана, назвать танцем было трудно — они откровенно обнимались и целовались, а вскоре вообще скрылись в одной из комнат, плотно закрыв за собой дверь.
Сергей тоже попытался прижать к себе Ингу, но острые локотки уперлись ему в грудь. Точнее, не в грудь, а куда-то в район солнечного сплетения.
— Ты чего? — удивленно спросил он.
Они встречались уже полтора года, и первая близость случилась между ними уже на третью неделю их знакомства: влюбившись, Инга легко отдалась ему, хотя до этого у нее никого не было. Впрочем, его сексуальный опыт был не намного богаче — так, пару случайных девчонок.
— Ничего. Просто нет настроения, — отвернулась она.
Он сделал еще несколько попыток, но каждый раз наталкивался на жесткое сопротивление. В конце концов Инга вывернулась из его рук и села на диван. Сергей тут же присоединился к ней.
— Что случилось?! Ты обиделась на меня?
— Вот еще! — фыркнула она.
— Тогда объясни, что происходит?
— Просто мне противно наблюдать, как вы распускаете перья. Тоже мне, телезвезды нашлись — поездки в Южную Африку, в Австралию…
— Неужели ты не понимаешь, что мы шутим?! Ведь в самом деле ничего еще не решено. Может быть, через неделю Матусевич заявит, что его планы изменились или что на новую программу нет денег.
— То-то и оно! А вы бахвалитесь друг перед другом, как мальчишки…
— Ты, кажется, меня ревнуешь, — догадался Сергей. — Ну да, телевидение, безумная популярность, роскошные женщины, и каждый день новые…
Он попытался поцеловать ее в щеку, но это вышло у него как-то неловко. Да и вообще, парни, обхаживающие своих девушек, выглядят довольно глуповато, тем более если рост у них под метр девяносто.
— Господи, да оставишь ты меня! — пересела в кресло Инга. — Что за наказание!
Сергей поднялся и ушел на балкон. Он выкурил там две сигареты подряд, и, возможно, очередь дошла бы до третьей, но в этот момент скрипнула дверь и на пороге возникла Инга. Она была завернута в большое махровое полотенце, которое на ее миниатюрной фигуре смотрелось как длинное платье. Очевидно, девушка только что вышла из душа.
— Ну и долго ты будешь здесь торчать?! — укоризненно спросила она. — Я уже вся замерзла!
Только девчонки могут выдерживать характер. У парней это получается плохо.
— Я уже иду! — глуповато зарделся Головин и бросился в комнату.