— Вернулась с радостью. Польщена, что здесь меня ещё помнят, и с нетерпением жду встречи с московской публикой.
— Почему вы не снимались так долго?
— Ради интриги.
Ко мне обратились тоже, но я отделался дежурными фразами.
Организаторы фестиваля прислали за нами автомобиль, чёрный лимузин. Купцы-меценаты не мелочились.
К Москве мы подъехали минут через сорок. Я с нетерпеньем вглядывался в открывающийся пейзаж.
Скоростная загородная трасса пересекла Большое Авто-Кольцо, достроенное в середине шестидесятых. Мы пронеслись через Бирюлёво — слева громоздились панельные новостройки, работали подъёмные краны; справа был парк. Миновали Царицыно, приближаясь к Садовому кольцу.
— Да, громадный город, — констатировала Сон-Хи. — Раза в три, по-моему, больше, чем Нью-Пасифик. Сколько же тут жителей?
— Около четырёх миллионов, — сказал я, — если не ошибаюсь. В Москве я ориентируюсь более или менее, бывал тут не раз. Могу устроить тебе любительскую экскурсию.
— Завтра мне надо в оргкомитет. А после премьеры — было бы здорово.
Мы забронировали номера в «Метрополе», к северу от Кремля. Оттуда было недалеко до кинотеатра «Художественный», где планировались показы.
Открытие фестиваля ожидалось в четверг, шестнадцатого мая. У нас было в запасе ещё два дня, чтобы отдохнуть и акклиматизироваться. Погода здесь, впрочем, тоже была отличная, лишь немного прохладнее, чем в Нью-Пасифик-Сити.
И да, открывал программу наш новый фильм про шпионов.
Но пока меня занимало нечто другое.
Вечером в отеле я взялся за телефон. Немолодой женский голос отозвался:
— У аппарата.
— Здравствуйте. Если можно, я хотел бы поговорить с Ариной.
— Одну минуту.
Я ждал, и сердце стучало чаще.
— Слушаю вас.
— Привет, — сказал я. — Принимаете гостей с Тихого океана?
— Дмитрий? — произнесла она осторожно. — Это действительно ты?
— Действительно я. Гарантия сто процентов.
— А ты… Сейчас ты…
— Уже в Москве, хочу с тобой встретиться. Прямо очень хочу.
Арина хихикнула:
— Ну, если прямо очень… Как же тут отказать? Если честно, Дмитрий, я жутко рада, что ты звонишь. Как только узнала про фестиваль, подумала сразу…
Она запнулась, а я сказал:
— При встрече обсудим. Когда удобнее? Завтра у меня свободен весь день, к примеру.
— Ой, завтра было бы замечательно! Сегодня я с тётей дома — она соскучилась, и я тоже. А завтра после обеда… И надо Юле тоже сказать, мы же с ней приехали, но она в Петровском дворце…
— Да, знаю. Это ведь у неё я добыл твой номер. Позвоню ей сам сейчас, поблагодарю. Не уходи далеко, перезвоню тебе скоро.
Нажав на рычаг, я снова принялся крутить диск.
— Добрый вечер, Дмитрий, — сказала Юлия. — С прибытием вас. Уже определились с планами помимо фестивальной программы?
— Завтра идём с Ариной гулять. И вас приглашаем.
Хотя я её не видел, мне показалось, что она улыбнулась:
— Спасибо, Дмитрий, но, думаю, без меня вам будет веселее. Увидимся послезавтра, на фестивале. У нас с Ариной, как вы догадываетесь, есть пригласительные и на открытие, и на кинопоказ. Хоть какая-то польза от принадлежности к дворцовым кругам.
Так и договорились. Арине же я сказал, что заеду завтра.
Когда стемнело, я вышел на балкон и долго смотрел на Театральную площадь и на окрестности, залитые апельсиновым светом уличных фонарей. Пытался привыкнуть к этой картине, переключиться после нескольких месяцев, проведённых на тихоокеанском меридиане, за десять тысяч вёрст от Москвы.
С утра меня навестил Славик-газетчик, я дал ему эксклюзивное интервью, как договорились. Оно должно было выйти в день открытия фестиваля.
Анастасия отправилась к приятельницам, коих у неё тут хватало, Сон-Хи — в оргкомитет по делам. А я взял такси и после обеда поехал в Замоскворечье.
Там почти не было новостроек, и атмосфера казалась сонной. Цвели сады, стояли купеческие особняки и многоквартирные дома в два-три этажа с покатыми крышами. Редкие прохожие никуда не спешили.
Искомый дом оказался довольно длинным, подреставрированным в стиле прошлого века. Я попросил водителя подождать и вошёл в подъезд. Поднялся по деревянным ступеням, которые чуть заметно поскрипывали, и огляделся, чтобы найти нужную квартиру, но тут одна из дверей открылась.
Через порог переступила Арина:
— В окно увидела, как ты подъехал. Привет.
— Привет, — сказал я.
Она была в ярко-жёлтой складчатой мини-юбке и в белой блузке без рукавов, высокая, но изящная, тонкая.
Несколько секунд мы стояли молча, уставившись друг на друга, а затем я шагнул к ней. Она шагнула навстречу.
Мы целовались на лестничной площадке, где пахло старым деревом. Было тихо, лишь во дворе чирикали птицы.
— Ты надолго в Москву? — спросила она, когда мы перевели дыхание.
— До конца фестиваля. Будешь со мной завтра на премьере?
— Ты имеешь в виду…
— Да, именно это. Чтобы все видели, что мы вместе.
Арина чуть отстранилась и, взглянув мне в глаза, спросила:
— А дальше?
— И дальше так же. Москва, Нью-Пасифик, Питер — определимся по ситуации. Главное, чтобы ты у меня была крупным планом.
— Ты специально употребляешь киношный термин, чтобы соблазнить киноманку?
— Да.
