— Я куплю его тебе, — сказал он совершенно серьезно.
Я уставилась на него.
— Что? Нет, ты не купишь.
— Да, куплю. Я легко могу себе это позволить, так что это ничего…
— Хейден. — Я крепко положила свою руку на его. — Я не хочу, чтобы ты покупал мне новый телефон, ясно? Это не нормально получать от тебя такую дорогую вещь, и мне было бы совсем некомфортно.
— Но…
— Пожалуйста. Не надо. — Мои глаза умоляли его, пытаясь донести до него, насколько я против этого. — Пожалуйста.
Он вздохнул, покачав головой.
— Ладно. Не понимаю, почему, ведь это действительно ничего, но ладно. Если ты этого не хочешь, то я этого не сделаю.
Я была благодарна, что он уважает мои чувства по этому поводу.
— Спасибо. Ты знаешь, я не материалист. Стихотворение и художественные принадлежности, которые ты мне подарила, — лучшие подарки, которые я когда-либо получала. Они значат для меня больше всего на свете. Больше, чем любой телефон в этом мире.
Я не могла отвести взгляд от его губ, которые изогнулись в ослепительной улыбке.
— Так ты хочешь, чтобы я писал тебе стихи?
Мое сердце переполнилось от этой мысли.
— Мне бы это понравилось. — Я покраснела. Я не хотела, чтобы он думал, что я этого от него жду. — Но, конечно, тебе не обязательно, — выпалила я.
Он усмехнулся и поцеловал мою руку.
— Я не из тех парней, которые любят цветы и плюшевых мишек, Сара. Если ты этого ждешь, я тебя разочарую.
— Я ничего не жду. Я люблю тебя таким, какой ты есть.
Его горящие глаза захватили меня, затрудняя дыхание.
— Ты хоть представляешь, как сильно я тебя люблю?
Его губы захватили мои, захватив меня в порыве удовольствия, и я впилась пальцами в его талию, чтобы держать его ближе. Я была зависима от его поцелуев, желая гораздо большего, пока он исследовал меня с насущной потребностью. Он провел пальцами по моей шее. Его трепетное прикосновение заставило мое сердце забиться быстрее, и я откинула голову назад, чтобы дать ему лучший доступ.
Его мягкие губы опустились на мою шею, пожирая меня в своем путешествии по моей чувствительной коже.
— Твои поцелуи — лучшее, что я когда-либо испытывал, — пробормотал он. Я дышала неровно, и все мое тело было беспокойным, охваченным похотью. Через несколько мгновений он отстранился от меня, заставив меня жаждать его еще больше. — Ты слишком хороша.
Я провела рукой по твердым выступам его руки, наслаждаясь силой его упругих мышц под ладонью, и поймала его руку.
— Точно как ты. Когда ты меня целуешь, я не могу думать ни о чем, кроме того, как это приятно.
— Я чувствую то же самое. Твой поцелуй — один из редких моментов, когда я могу полностью расслабиться и просто чувствовать себя… блаженно счастливым.
Я широко улыбнулась. Он всегда мог заставить меня растаять так легко.
— Я не хочу, чтобы ты уходил, — призналась я ему.
Он поцеловал мою ладонь, его губы соблазнительно медленно скользили по моей коже.
— Я останусь. Мне все равно, что они говорят, хотя я уверена что Кармен может дать на это разрешение или что-то еще.
— Нет, все в порядке, Хейден. Иди домой. Тебе нужно отдохнуть. Ты даже не ел весь день и выглядишь измотанным. Я не буду чувствовать себя хорошо, если ты нормально не отдохнешь.
— Мне все равно. Мне нужно быть с тобой…
— Но меня это волнует. Я волнуюсь о тебе. Мне тоже нужно быть с тобой, но мне также нужно, чтобы ты заботился о своем здоровье. Не волнуйся, мы скоро увидимся. Меньше чем через день. — Я выдавила из себя улыбку.
— Для меня это кажется вечностью.
Мой телефон запищал, сообщая о новом сообщении, и ответ замер на моих губах. Я увидела имя Мелиссы на экране.
— Мне нужно написать Джесс и Мел. Они очень беспокоятся обо мне.
После того, как полиция вернула мне мой телефон, я обнаружила много пропущенных звонков и сообщений от них. Они хотели узнать, все ли со мной в порядке и почему я не отвечаю им.
Я взяла свой телефон и открыла сообщение Мел:
«Сара, серьезно. Ты жива? Ну, если бы не была, ты бы, конечно, не читала это, но ты поняла. Если ты к настоящему времени не призрак, ПОЖАЛУЙСТА, ОТВЕТИТЕ МНЕ».
Я не могла не улыбнуться, несмотря на ее беспокойство. Дверь снова открылась, и медсестра вошла внутрь.
— Мистер Блэк. Выйдите. Сейчас же.
Он фыркнул и поднял бровь.
— Вы упустили свой призыв. Вам следовало бы стать вышибалой. — Его глаза медленно оглядели ее. — У вас уже есть мышцы для этого, и вы почти лысая.
Мне хотелось ударить себя по лбу, покраснев. Она, безусловно, была крепкого телосложения, ее мускулистые руки напрягались, когда она положила руки на бедра и уставилась на него, но назвать ее коротко подстриженные волосы «почти лысыми» было бы слишком.
— Ладно, умник. Либо ты выходишь, либо я вызову охрану.
Он тяжело вздохнул и встал, забавляясь всей этой ситуацией. Он схватил меня за руку.
— Я вернусь завтра утром.
— Но у тебя же школа.
— К черту школу. Как я уже сказал, мне нужно быть с тобой, и я не хочу, чтобы ты была здесь совсем одна.
